Найдя взглядом человека, отвечающего за аренду, я направился к нему. Мужчина лет сорока с загорелым лицом и цепким взглядом коммерсанта сразу почуял во мне платёжеспособного клиента.

— Чем могу помочь, господин? — с готовностью спросил он.

— Лучший катер из тех, что сейчас свободны, — я улыбнулся. — Быстро, без лишних вопросов.

Он прищурился:

— У нас много хороших судов…

— Лучший, — повторил я и, не отрывая взгляда, добавил: — И ящик вина на борт.

Мужчина оценивающе оглядел меня, потом перевёл взгляд на девушек. Брюнетка с интересом осматривала лодки, блондинка внимательно следила за разговором.

— Будет сделано, — наконец кивнул он.

Через десять минут мне в обмен на кругленькую сумму передали ключи от шикарного белоснежного катера с просторной палубой, удобными лежаками и небольшим баром. К тому моменту ящик с вином уже загружали на борт.

Но оставался ещё один нюанс.

— Капитан? — я бросил вопросительный взгляд арендодателю.

Тот понимающе усмехнулся.

— У нас есть человек, который умеет закрывать глаза на лишнее и открывать их, когда надо.

— Вполне устраивает, — кивнул я.

И правда, какой смысл арендовать судно, если за штурвалом окажется зануда, который будет читать лекции о безопасности вместо того, чтобы наслаждаться жизнью?

Через пару минут на палубу поднялся мужчина лет пятидесяти, с морщинистым загорелым лицом, цепкими серыми глазами и вельботной фуражкой.

— Куда идем? — спокойно поинтересовался он.

Я улыбнулся:

— Туда, где море синее, солнце яркое, а скука не сможет нас найти.

Капитан понимающе кивнул, и вскоре катер тронулся, мягко рассекая волны. Девушки заняли места на палубе, я открыл бутылку вина и разлил по бокалам.

— Ну что ж, леди. — произнёс я, поднимая свой бокал. — За море, за солнце и за хорошую компанию.

Они улыбнулись и чокнулись со мной. Катер шёл вперёд, унося нас навстречу приключениям.

Яхта графини Анастасии Орловой медленно покачивалась на волнах, утопая в солнечных бликах. Лёгкий морской бриз приятно холодил кожу, а бокалы с дорогим шампанским искрились в тонкой женской руке.

Лиза Ефремова, облачённая в безупречный белый купальник и лёгкий шёлковый халат, раздражённо постукивала длинными ногтями по столику. Её лицо выражало явное недовольство.

— Ты не представляешь, Настя, какой он нахал! — с возмущением заявила она. — Грубый, самоуверенный плебей!

Графиня Орлова, стройная брюнетка с лениво-хищным прищуром, неторопливо сделала глоток шампанского.

— О ком ты вообще говоришь?

— О Морозове! — Лиза даже фыркнула от негодования. — Этот хам, этот… этот мерзавец!

Графиня улыбнулась уголками губ.

— Ты говоришь о нём с таким пылом, будто он тебя очаровал.

Лиза резко повернулась к подруге, её глаза сверкнули гневом.

— Не смеши меня! — отрезала она. — Да он мне отвратителен! Я хотела просто забрать своего Плюма, но он снова унизил меня!

Настя хмыкнула, но ничего не ответила. Её развлекала эта сцена. Лиза продолжала:

— Он ведёт себя так, будто весь мир ему принадлежит! Будто я ему что-то должна! И вообще…

Внезапно она резко замолчала. Губы её приоткрылись, а взгляд зацепился за что-то вдалеке.

— Лиза? — с лёгким любопытством спросила графиня.

Но та не ответила сразу. Только через пару секунд Ефремова вскинула руку и указала куда-то вдаль.

— Он же сказал, что у него много важных дел, что он занят! — прошипела она. — А сам, только посмотри…

Графиня лениво перевела взгляд и, наконец, поняла, на что указывала подруга.

По морской глади на элегантном катере шёл Лев Морозов. Спокойный, самодовольный, в тёмных очках, с лёгкой улыбкой на губах. Вокруг него расположились две девушки, весёлые, раскованные, с бокалами вина в руках. Их смех долетал даже сюда, до яхты Орловой.

Лиза сжала кулаки.

— Этот… негодяй!

Она резко обернулась к подруге:

— Скажи капитану, чтобы следовал за ними.

Настя задумчиво посмотрела на неё, потом снова на катер Морозова.

— А это уже интересно, — пробормотала графиня, щёлкнув пальцами.

Спустя мгновение капитан получил приказ. Яхта пришла в движение.

Катер медленно замедлил ход, покачиваясь на волнах, словно приглашая нас насладиться моментом. Мы находились где-то в живописной бухте, но, честно говоря, мне было уже не до окружающих красот.