— Сейчас позову, — неохотно произнесли в трубку.

Через минуту ожидания раздался голос старпома «Селенги»:

— Володкевич? Ты, что ли?

— Нет, это моя бабушка.

Макс хмыкнул.

И тут же добавил:

— Я когда услышал, что ты собираешься в Арх, не поверил. Тебя же инквизиторы замели в эту грёбаную семинарию. Ты разве не на занятиях?

— Макс, я больше не учусь в семинарии.

— Выперли?

— Долго объяснять. Сдал экстерном.

— Так ты уже того… святошей заделался?

— Брат Ростислав к твоим услугам. Каратель шестой ступени посвящения.

Пауза.

— Прикалываешься?

— С чего бы. Ряса дома осталась, но жетон могу показать. Идентификатор личности.

— Чума, — старпом явно не дорубал, что происходит. И у меня было ощущение, что он малость после вчерашнего. — Я связался, с кем мог, так что можем зависнуть сегодня вечером. Как насчёт «Синей Палубы»?

Вот так и знал, что прозвучит это название.

Предчувствовал.

— Норм. А кто придёт? И когда собираемся?

— В семь вечера. А кто придёт — сюрприз. Сам увидишь.

— Вот же ты редиска.

— Этого не отнять.

Мы распрощались, и я тут же глянул на часы. До назначенного срока оставалось ещё три часа, и что мне прикажете делать в заснеженном Архаикуме в такое время? Слоняться по улицам?

В итоге я нашёл мудрое решение.

Переместился в Туров, завис на пару часов в информаториуме, продолжив изучать открывшиеся архивы в Тайной Сети. От Бронислава вестей не поступало — насколько я слышал, он отправился в Японию. Меня к оперативной работе не привлекали, да я и не горел желанием участвовать в расследованиях. Пусть этими вопросами занимаются дознатчики. Моё дело — прийти, увидеть, уничтожить. Я так и сказал Брониславу в Хеле. Надеюсь, он меня услышал.

Бар «Синяя Палуба» располагался в очень символичном месте — неподалёку от магистрали, связывающей Внутренний Архаикум с Внешним. Много лет назад здесь построили жилой комплекс для вахтовых рабочих верфи, нанятых Волками. Рабочие тут жили и сейчас, но один из корпусов закрыли на ремонт, а в другом начали селить ещё и экспедиторов, подписавших долгосрочные контракты с кабальными условиями. Так что многие из наших могли спуститься на лифте в подземный гараж, отыскать заветную бронированную дверь и подняться на борт Алкокрепости, как называли «Палубу» завсегдатаи.

Я пришёл на десять минут раньше, переместившись сразу к упомянутым дверям.

Да, дверь была не то чтобы бронированной, просто налепили листы для антуража. Переступив порог, посетитель оказывался в просторном и довольно уютном помещении с круглыми телеэкранами, имитирующими иллюминаторы. Экраны демонстрировали проносящиеся мимо зрителя степные просторы, отснятые камерами бесчисленных МК. Опухший Сидор, хозяин заведения, любил пошалить. Иногда, в час пик, когда все столики были забиты, этот извращенец врубал сирену и запускал с кассеты новую картинку — заслоны, наползающие на иллюминаторы. Из динамиков неведомый капитан вещал о приближении туннельщика. Иногда посетителей пугали птерхами, иногда язычниками. Большинство относилось к выходкам Сидора по-философски, а вот на новичков жалко было смотреть. Вскакивали, давились вискарём и беленькой, долго откашливались, порывались куда-то бежать…

В целом, интерьер был оформлен так, чтобы у посетителя возникало чувство реального нахождения в Пустоши, на палубе Мобильной Крепости. Даже ребристое покрытие заказали с верфи, где собираются эти штуки. Барная стойка и всё, что за ней, имитировала крепостной камбуз, остальная часть зала один в один смахивала на кают-компанию.

— Рост! — заорал Макс с углового столика, за которым уже сидели несколько человек. — Давай к нам!

Кивнув бармену, лысому татуированному громиле за стойкой, я свернул направо, пересёк зал и приблизился к ребятам. Помимо старпома за столиком обнаружились Лич, командир зенитного расчёта, Мария Ривера, бортовая телепатка «Селенги», геомант Борис Грановский и механик Витя Фролов, он же Кузьмич. От моего взгляда не укрылось, что Ривера для похода в бар решила выбрать один из самых откровенных своих нарядов — короткое клубное платье чёрного цвета с нехилым вырезом и открытыми бёдрами. Там была какая-то хитрая система завязочек, так что взгляд невольно скользил по ногам красотки. Маша обворожительно улыбнулась, в упор глядя на меня. Вот вам и проблема номер один. Мы когда-то спали, а теперь не будем, ведь я женюсь. И тут — широкое поле для потенциальных конфликтов.

— Ты такой няшка! — захлопала глазами Ривера. — Покажи мне свой большой инквизиторский нож!

Говоря это, Маша провела языком по губам.

Парни заржали.

И потеснились, чтобы я присел на мягкий диванчик.

— А кто-нибудь ещё придёт? — уточнил я, игнорируя сверлящую меня глазами южанку.

— Трое или четверо, — уклончиво ответил Макс. — Дварф клялся и божился, остальные пятьдесят на пятьдесят. У нас тут знаешь какая ситуёвина… Кэпа выперли с «Селенги». Заменили каким-то клановым хмырём, а тот в Пустоши был всего пару раз, и то с инспекциями. Крепость водил только на полигоне. И это наш новый капитан!

Компания недовольно заворчала.

— А чего на Кэпа взъелись? — опешил я.

— Да там что-то по финансовой части, — скривился Лич. — Подставили его.

— И что думаете? — я понял, что карты укладываются в нужную комбинацию.

— Экспедиция в апреле, — пожал плечами Кузьмич. — Ищем пока другие борты. Сейчас всей компанией хрен устроишься, разве что на новую эмкашку. А с новыми Крепостями не всегда угадаешь… Обкатать надо.

Я прекрасно понимал своих бывших коллег. Любая поломка, сбой по ту сторону Врат — и твоя жизнь висит на волоске. Особенно это касается оружейных систем, с помощью которых экспедиторы отбиваются от агрессивных тварей.