— Хорошо, — прошептал он. — Как скажете.

Женщина кивнула и двинулась вперёд, её фигура снова начала размываться, как будто она готовилась исчезнуть. Доплер последовал за незнакомкой, его шаги были неуверенными, но он шёл.

Я открыл глаза и почувствовал, как энергия медленно возвращается ко мне благодаря непрерывной циркуляции. Я обернулся к Брониславу, который стоял рядом, его лицо было напряжённым.

— Они улетели в Хельсингфорс, — сказал я. — На грузовом дирижабле. Женщина сказала, что там их ждут. И переправят на корабле в Азию.

Бронислав кивнул, его глаза сузились.

— Дирижабль, — повторил он, как будто пробуя это слово на вкус. — Интересно. Хотели пустить нас по ложному следу.

— Возможно, — предположил я. — Но нам нужно действовать быстро. Если они уже в воздухе, то мы можем их обогнать.

— Дина, — обратился Бронислав к китаянке. — Свяжись с нашими ребятами в Неваполисе. Пусть отправят группу захвата через Финский залив.

— Я и сама могу туда прыгнуть.

— Не спеши, — покачал головой наставник. — Ты видела, что эта мразь умеет делать. Без подкрепления работать я категорически запрещаю.

Дина кивнула и тут же связалась с Валерием. Мы направились к ближайшему служебному выходу, откуда спустились на подземные уровни и отыскали «Слезу». Вжух, наконец, перестал бурчать и сел на заднее сиденье, явно довольный тем, что дело сдвинулось с мёртвой точки.

— А роллы? — спросил он, когда мы сели в машину.

— После того, как поймаем Доплера, — пообещал я. — Терпение, Вжух.

Полиморф вздохнул, но больше не жаловался. Мы выехали из аэропорта и направились к ангару инквизиции, где уже ждал самолёт, готовый к вылету.

В теории я мог бы переместиться в Хель молниеносно, через многомерность. Но тогда Вжух и Бронислав остались бы в самолёте, что не есть хорошо. Да и нет в такой спешке никакого смысла — мы обгоним грузовой дирижабль при любых раскладах.

Отец Валерий присоединился к нам в последний момент.

Когда мы поднялись в воздух и отстегнули ремни безопасности, Валерий и Айминь развернули свои кресла в нашу сторону, чтобы поговорить. Вжух сидел через проход от нас и сосредоточенно заполнял миниатюрный блокнотик. Даже думать не хочу, что он там строчит. Возможно, жалуется на меня своим нерождённым потомкам.

— Мы могли бы перехватить этого урода в Киото, — сказал Бронислав, — но ведь не факт, что Доплер там окажется.

— Есть предположения по заказчику? — спросил Валерий.

— Никаких, — покачал головой наставник. — Мы можем проверить все кланы, с которыми работала Ганза. Но ведь с ними почти все работают. «Транскапитал» — отличный инструмент для отмывания денег.

— А Нарышкин никого не сдал? — уточнил я.

— Сдал, — Бронислав провёл взглядом по облачной перине за окном. — И многих. Ты даже представить себе не можешь, сколько аристократов замаралось в этом дерьме. Группы захвата брошены в десятки регионов. По миру тоже идут чистки.

— Они могут начать раньше, — тихо произнесла Айминь.

— Вряд ли тронутые готовы развязать войну, — покачал головой Валерий.

— Не стоит недооценивать их, — возразил Бронислав, его голос звучал мрачно. — Если они действительно готовы на всё, то война может начаться в любой момент.

Я посмотрел в окно, где простирался облачный океан. Мы летели на север, в Хельсингфорс, и каждый километр приближал нас к возможной схватке. Мысль о том, что Доплер и его спутница могли уже быть в безопасности, не давала мне покоя. Но я знал, что мы должны действовать быстро и решительно.

— А что, если они уже сменили маршрут? — спросил я, обращаясь к Брониславу. — Если они поняли, что мы их выследили, то могли изменить планы.

— Возможно, — согласился наставник. — Но у нас есть преимущество. Мы знаем их конечную цель. Азия. И мы можем перекрыть все возможные пути.

— Ничего они не будут менять, — фыркнул Валерий. — Сейчас Клавдий собирает инфу по этому рейсу. Обычный дирижабль, принадлежит немцам. Для внутренних перевозок. Если они попытаются сменить маршрут, я отправлю наших прыгунов на перехват. И за пределы Евроблока их не выпустят.

Оставшиеся полтора часа мы молчали.

Валерий поддерживал телепатическую связь с консисториями по всему миру, Вжух продолжал что-то писать в блокноте, Айминь и Бронислав дремали в своих креслах. Я ушёл в глубокую медитацию, чтобы набраться сил перед грядущим боем.

Самолёт начал снижаться, и через несколько минут мы уже приземлились в аэропорту Хельсингфорса. Здесь было холоднее, чем в Магдебурге, и ветер, казалось, пронизывал насквозь. Мы быстро покинули самолёт и направились к терминалу, где нас уже ждали местные инквизиторы.