Печать со мной, а это главное. Да, другая. Да, в ней Скверна и с этим ещё предстоит разобраться, но раз печать на месте, то лишь вопрос времени, когда это слабое тело придёт в норму.

Бросив косой взгляд на усатого мужика, ведущего карету по одному ему известным координатам, я прикрыл глаза. Дыхание выровнялось, сердце отбивало спокойный ритм.

Я провалился внутрь собственной души, а моё астральное тело, ранее переливающееся Светом, частично покрывало пламя Скверны. Ничего удивительного, раз эта зараза теперь в моей душе, а астральное тело лишь проекция для удобства работы с печатями, созданное подсознанием.

Не теряя времени, облетел печать со всех сторон. При первом осмотре я сильно не вглядывался, но теперь время есть, да и даже здесь, внутри своей души, я был начеку.

Что такое печать Паладина? Если проще, то это система сложнейших узоров, выжженных энергией прямо в душе. Идеальная работа мастера, которую никто за многие тысячелетия не смог повторить. Лишь Паладины знали секрет печати Света. Впрочем, должен признать, что это не истинно так. Да, секрет, и за его разглашение полагалась жестокая кара, но были и те, кто им владел с нашего негласного согласия. Лично я знал, что Великий Охотник Сандр владеет этим знанием, ведь Сандр тот человек, которому можно вверить этот секрет. В конце-концов, именно я отвечал за боевое крыло Ордена. И власть моя была не номинальной! Это был один из тех моментов, когда моя интуиция уже подсказывала, что мой Орден… гхм… может плохо кончить, а Сандру я верил, как брату.

Так, ладно, я отвлекся. Печать… Всё на месте, как и должно быть. Никаких прорех и разрывов, через которые, в безумной теории, могла просочиться Скверна. Значит, я смотрю не туда…

Подлетев поближе к полыхающей тёмно-зелёным огнём половине, внимательно всмотрелся. И тот тут мои астральные брови нахмурились, сложившись домиком.

Это что за херня?

Внутри пламени Скверны витали частички Света. Они будто боролись с этой заразой, то поглощая их, то сгорая в огне. Это походило на подобие бесконечной битвы между двух сил, где ни у одной из сторон не было преимущества. То же самое происходило и с другой половиной, сияющей светом. Пламя сунулось туда, но быстро потухло и словно откатилось обратно.

Сейчас во мне энергии не наберётся и на жалкий процент того, чем я обладал ранее. Но всё же я взял эту каплю, спресовал её руками, словно жидкость, и подал в сторону Света. Моё астральное тело задрожало от нестабильного состояния, а снаружи, с губ сорвался тяжёлый, болезненный вздох.

— Скоро мы прибудем, господин… Потерпите, пожалуйста…

Слова усатого доносились, как сквозь толщу воды, а в его голосе слышалось беспокойство.

Это не помогло. Капля энергии просто рассеялась в светлой стороне печати, та её поглотила, но на этом всё. Значит, либо не хватает, чтобы вступить в борьбу со Скверной, либо… а вот об этом думать не хотелось.

Поняв, что дальнейшие попытки бесполезны, я полетел дальше и продолжил осматривать душу. И видел лишь пустоту. Все мои печати, десятки, а то и сотни, каждая из которых усиливала тот или иной аспект моего боевого потенциала и жизни, исчезли. Нет ровным счётом ничего, даже огрызков астральной формы, по которым можно было бы восстановить печати. Чистый, мать его, лист!

Покинув собственную душу, я вывалился в реальность и крякнул от досады. Неизвестно, что ждёт меня в этом мире и новой жизни, но весь мой путь Паладина, будто стёрли. Придётся начинать с самого начала, а ведь я даже при вступление в Орден уже обладал печатью Усиления. Слабой, дерьмово сделанной в подворотне столицы империи Арзамар, но она была. Её, конечно, исправили потом, с кровью и болью, но суть понятна.

Но есть и ложка мёда в бочке возникшего дерьма. Я больше не безусый юнец и мой опыт позволит пройти путь гораздо быстрее. Мне нужно лишь три вещи. Здоровый сон, много еды, и куча энергии. Желательно сырой, но где её взя…

Я замер и резко повернул голову, почувствовав отклик печати. Сторона Света вспыхнула, сигнализируя о том, что твари попали в радиус обнаружения!

— Останови! — сухим командирским тоном бросил я своему временному кучеру.

Тот лишь приподнял бровь, посмотрел на меня в недоумении и продолжил гнать карету.

Тц-ц, чтоб вас!

В какой-то момент я уже думал дёрнуть круглую баранку, которой усатый вёл карету, но тут что-то на его груди затрещало и раздался искаженный помехами голос старика:

— Саша, похоже, парни Гончарова не всех поймали. Суханов почувствовал отбившихся гончих, мы их добьём, а ты вези господина в поместье.

— Принял, командир!

Кареты позади начали замедлять ход, а наша останавливаться не собиралась.

— Стоп! Остановить карету, кучер! Да, бл*ять, останови! — рыкнул я на усатого и что-то в моём голосе промелькнуло, отчего мужик заметно струхнул.

Что бы он понял, указал рукой назад и попытался донести свои мысли жестами. Тот покачал головой и сдавленно выдавил:

— Нельзя останавливаться, господин! Вам нужна помощь! Вы же едва в сознании!

По его тону я понял, что слушать меня не собираются, а потому слегка сдвинулся в его сторону. В следующий миг мой указательный палец со всей доступной силы надавил на его шею. Было больно, а палец опухнет, но результат достигнут. Усатый вскрикнул и обмяк, его руки безвольно соскользнули с баранки, а нижние конечности — с какого-то рычага под стопой. Карета замедлила ход.