Но так и не погонял — решил поберечь заряд на тот случай, если понадобится, к примеру, сделать видеозапись или нащёлкать фото. Батарея и так уже разрядилась довольно сильно. Я отключил мобильник и с сожалением спрятал его в карман.

— Тимофей, — сказала напарница, — раз уж мы с тобой теперь в паре, нам следует, по-моему, выработать новую линию поведения по отношению друг к другу. Мне не хотелось бы, чтобы между нами копилось взаимное напряжение. Оно не только повредит делу, но и доставит нам неудобство.

— Хильда, твой лексикон меня иногда пугает. Ты как аристократка воспитывалась или как психоаналитик?

— Пожалуйста, оставь свои шутки. Давай обсудим серьёзно. Мне кажется, мы неправильно себя повели в прошедшие дни. Ты был… гм… слишком раскован, я слишком высокомерна. Это издержки наших культур. Сейчас я готова первая принести извинения. Прошу не держать на меня обиды.

— Окей, — пожал я плечами, — и ты меня извини.

Она растерялась — не ожидала, видимо, такой краткости, настроившись на подробный, мозговыносящий разбор.

Пейзаж перед нами преображался, как полуабстрактная акварель, по которой лениво водили кистью. Полосы перекрашивались, их ширина менялась. На земле преобладающий тон уходил то в зелень, то в желтизну. На небе проскальзывала предгрозовая серость, но затем опять исчезала.

Картина понемногу приелась, и я стал любоваться ножками Хильды, гладенькими и длинными. Она заметила это, но недовольства не выказала — восприняла, похоже, как нечто само собой разумеющееся.

Прошло ещё несколько минут.

— В общем, слушай, — сказал я. — И правда — теперь уже молчать глупо. А я как раз думал, с кем можно посоветоваться. Это я насчёт твоего рисунка. Будешь смеяться, но он мне ночью приснился. Причём в динамике, с новыми деталями. Не хотел тебе капать на мозги, но вдруг это важно? Я же в подобных тонкостях — ни бум-бум.

Она посмотрела на меня с удивлением:

— Приснился с подробностями? Да, это неожиданно. И может иметь значение. Расскажи, пожалуйста, если сочтёшь возможным.

— Почему нет? Там на скале трое мужиков тащили сундук. А я как будто подглядывал. Их лысый главарь взял ключ, но потом забеспокоился, оглянулся. Глаза у него оказались, как у змеюки. Жёлтые, с вертикальным зрачком. Я прифигел и проснулся. Тебе это о чём-нибудь говорит?

Подумав, она ответила:

— Нет, про людей со змеиным глазом я ничего не слышала. А что за сундук?

Я добросовестно попытался припомнить. Рассказал и про двух носильщиков, и про рельеф скалы. Добавил в конце:

— По-моему, это реальная сцена, что-то из прошлого. Вроде и ничего особенного, но ощущение неприятное.

— Да, согласна. Надо подумать. Если сон повторится, расскажешь мне, хорошо?

— Ага.

Мы вновь замолчали, однако пауза в этот раз продлилась недолго. Хильда прислушалась к своим ощущениям и сказала:

— Кажется, прибываем.

— В штатном режиме? — уточнил я. — Долетели туда, куда собирались?

— Да, на южную ось. Нам тут всего одну посылку забрать. Точнее, письмо.

Машину мягко тряхнуло. Рычаг, которым я полчаса назад закрепил прыжок, сдвинулся назад с негромким щелчком, из крайнего положения в среднее. Рябь исчезла с радара, восстановились координатные оси. Размытая «акварель» за окнами превратилась в нормальный, чёткий пейзаж, который открылся нам с высоты птичьего полёта.

Мы оказались над побережьем. Справа синело море под ярким солнцем, слева раскинулся большой город. Хотя слово «мегаполис» я не употребил бы.

Высотные здания здесь имелись, но стояли разрозненно, не сбиваясь в плотные группы. Да и количество этажей не особенно впечатляло — максимум двадцать-тридцать. Светлый бетон, архитектурные прибамбасы — вертикальные рёбра, уступы-ярусы.

Зато морской порт мне сразу понравился. В полукруглую бухту входили здоровенные сухогрузы, дымили трубы. Крутили стрелами краны на берегу. Просматривались доки и припортовые склады.

— Столица здешней конфедерации, — пояснила мне Хильда. — Их финансовый центр — и туристический заодно. Климат вполне курортный, как видишь, и пляжи есть. Хотя лично для меня жарковато.

Сняв рацию с крепления, она произнесла:

— Экипаж ноль-ноль-один дробь юго-восток вызывает диспетчерскую.

— Привет! — откликнулся звонкий девичий голос на «средиземноморском». — Вы даже раньше чуть-чуть, чем мы ожидали. А нам клиент только что звонил, сказал, что будет готов минут через сорок. Заскакивайте пока к нам в контору! Познакомимся, поболтаем! Это на Океанском проспекте, сто двадцать первый дом, квадратненький такой. Можно прям на крышу, там есть площадка. Ждём вас!