— Окажите раненным помощь и держите оборону, — приказал я.

Федор с готовностью кивнул и, увидев, что я ухожу, спросил:

— Куда вы, граф?

— Туда, — я указал ему на дыру в земле, оставленную ударом меча тени. Прежде мы не заметили ее, так как лаз был тщательно замаскирован.

— Я с вами. — Отважно заявил Федор.

— Нет. Внизу будешь только мешать, — жестко осадил я его. — Охраняйте вход.

— Так точно! — нисколько не обиделся Федор и поспешил организовать остальных бойцов.

Мы же с Деей отправились во тьму. Стоило нам начать спуск, как все вокруг окрасилось в серые тона. Я уже видел такое изменение освещения в тоннелях под монастырем. Но если тогда подземные ходы больше напоминали узкие шахты, то сейчас все выглядело куда масштабнее. Спускаться пришлось долго.

Под лесом оказалась сеть больших пещер. В одной из них пол был завален костями. Принадлежали останки не только животным — встречались и человеческие и, судя по форме и размеру, не все из убитых были взрослыми. Часть костей потрескалась от времени, на других же оставались следы крови и плоти.

За этим залом находился следующий, куда просторнее и темнее. Здесь, в большом созданном из вязких сгустков загоне сидели люди. Грязные, изможденные, но пока что живые. Затаив дыхание они настороженно следили за каждым нашим движением, не понимая, чего им ждать.

Я приблизился к загону и призвал меч. Но, прежде чем вызволить пленников подземелья, строго спросил:

— Личинок или червей в рот пихали?

Люди отпрянули и начали переглядываться. Они были до смерти перепуганными.

— Так, — я напряг память, вспоминая имя пропавшей блаженной. — Кто из вас Глашка?

— Я это, — вперед осторожно выступила растрепанная худая женщина. Один из ее выпученных глаз косил, лоб был непропорционально большим, а губы шевелились лишь частично.

— Червей ела? — я уставился ей в глаза.

— Нет! Нет! — замотала головой Глашка. — Что я, дура что ли, червей есть!? Я ж не птичка какая и не рыбка!

— А остальные?

— Остальные… — женщина обернулась и посмотрела на других пленников подземелья. — Остальные тоже вроде на птичек не похожи. Будь так, они бы упорхнули. А коли были бы рыбам, то померли бы без воды. А вы сам, — она рассеянно оглядела меня, — рыбка али птичка?

— Я — граф Воронцов, — с этими словами я разрубил формирующие клетку вязкие сгустки и сказал Дее. — Выводи их.

Прежде чем трясущиеся люди покинули подземелье, я снова поймал Глашку, которая отчего-то собралась в другую сторону.

— Ты куда это?

— Дык, за ведуном, — она почесала большую грязную голову. — Он нам все талдычил, что нам не выбраться. Закутался в свои обноски, что лица невидно, и только и бубнил, что о погибели. Скажу ему, что он дурила.

— Я сам скажу. — Взяв блаженную за плечи, я развернул ее в сторону выхода и легонько подтолкнул вперед.

— Вы тогда его еще и пристукните, барин, — попросила Глашка. — А то он мне конфет обещал, а не дал…

— Пойдем уже, — какая-то старушка поклонилась мне, после чего схватила женщину за руку и повела за собой.

Я же направился в другую сторону. Туда, где в стене темнел овал очередного тоннеля.

— Не ходи туда, — раздался в моей голове тихий голос Золотого волоса. — Лучше беги.

— Почему? — я не замедлил шага.

— Владыка прознал, что в его логово проникли. Скоро здесь будет. С ним без Чернобога не сладишь, — предупредила меня девушка. Теперь ее голос доносился из стены слева. — Я тебе путь сюда показала, чтобы ты людей спас, а не голову сложил.

— Сегодня умру не я, а этот Владыка, — решительным шагом я вошел в тоннель, который после нескольких крутых поворотов привел меня в еще одну пещеру.

Здесь все заливал серебристый свет, исходящий из жил руды, которые выступали из-под черной земли. Извивающимися лентами они тянулись по бугристым стенам и издавали едва уловимый гул.

Впервые я увидел месторождение абсолюта. В том, что это именно он, у меня не возникло никаких сомнений. Но стоило мне осмотреть пещеру, как драгоценный металл сразу ушел на второй план. Прямо под потолком извивались создания, похожие на куколок. Шесть склизких коконов размером с легковушку висели у меня над головой и мерно пульсировали зеленоватым светом. К каждому из них вели конвульсивно сокращающиеся и расширяющиеся трубки, противоположные концы которых были опущены в жуткую бурую массу, где безошибочно угадывались части тел и кости.

— Что за?.. — перед моей ладонью закружились алые печати. Ничего подобного я прежде не видел, но четко понимал — это нужно уничтожить.

Пещера вдруг заполнилась стрекотом, будто сотни сверчков заполонили стены. Но это были вовсе не сверчки. Множество извивающихся червей стали выбираться из земли. Они выползали у меня из-под ног, из стен и даже падали с потолка. Постоянно извиваясь, твари сформировали пять человекоподобных фигур. Они замерли предо мной, с ног до головы закутанные в плащи. Пришлось напрячь зрение, чтобы различить морок — одежда состояла из клочьев черного дума или тумана.