К слезам девушки прикоснулись мои собственные. Я не верил в свое счастье. Я не верил, что Вселенная вновь улыбнулась мне.

— Глеб… Если я тебе дорога… Хотя бы как друг… Прошу тебя, не позволь моему отцу выдать меня замуж за султана! Тебе нужно закончить эту войну за один месяц, иначе я навек стану рабыней восточного визиря!

Вместо ответа я прильнул своими губами к ее глазам. Я поцеловал ее ресницы так нежно, словно боялся развеять ее по ветру от своего прикосновения. А дальше… Дальше вспыхнул пожар, страстный и неукротимый, как беснующийся вулкан… Произошли катаклизм, взрыв сверхновой, Армагеддон, падение и взлет двух истинно любящих сердец… Люди всегда называли это любовью…

Идя по коридорам императорского дворца, я усиленно пытался привести в порядок хаос, творившийся в моей голове. Мирра! Моя первая и единственная любовь! Здесь явно не обошлось без подарка Вселенной. Это было невозможно… Тем не менее это было правдой! И я сделаю все, чтобы моя любимая вновь очутилась под моей защитой, и на сей раз я не допущу повторения трагедии, что постигла нас! Иначе и быть не может.

Гвардеец, что сопровождал меня, остановился перед массивной дверью. Ее охраняли серьезные даже на вид воины. Но стоило им увидеть регалии Десницы на моем лице, как они поклонились и открыли проход в кабинет государя.

Николай восседал в кресле, не мигая наблюдая за игрой огня в камине. Своими мыслями правитель был явно далеко отсюда, но стоило мне зайти, как он незаметно встрепенулся, мгновенно настроившись на рабочий лад.

— Глеб Ярославович. Поздравляю с возвращением родовых земель. Будь сейчас иное время, мы бы закатили по этому случаю праздничный приём, но война вносит свои коррективы. — указав рукой на соседнее кресло, произнес император.

— Благодарю. — усевшись, ответил я. — Но моя месть еще не совершилась. На очереди есть еще один великий род. Голицыны.

— Попридержи коней, мститель. Я своего слова не менял. Нарышкины сами вырыли себе могилу, покусившись на жизнь моей правой руки. Но Голицыных я трогать запрещаю! — серьезно сказал старец.

— Пока что. — утвердительно сказал я.

— Пока что. — усмехнулся государь. — В любом случае я позвал тебя не для праздной беседы. Что скажешь по поводу происходящего? — голос правителя мгновенно стал серьезным.

— Пока что мне нечего сказать. Нужно знать всю картину, нарисованную на поле боя. На данный момент мне известно, что на территорию государства вошло много хорошо вооруженных боевых формирований, что позволило им за короткое время сильно продвинуться вглубь наших территорий. Но степень их боевой подготовки нужно обсудить со знающими людьми. А также увидеть воочию.

— Сейчас состоится военный совет, где ты получишь ответы на все свои вопросы. — услышав мое мнение, государь уже собирался вставать, как его остановил мой голос.

— Я могу закончить эту войну в течении месяца. — мои слова упали на Николая, как гром среди ясного неба. — Но у меня будет просьба.

— Ты не перестаешь меня удивлять, Глеб. И как же ты это провернешь? — задумчиво спросил государь, передумавший заканчивать нашу беседу.

— Быстро. Жестоко. Кроваво. Так, чтобы у наблюдателей, что наверняка в большом количестве снуют вокруг, отпало малейшее желание пробовать на зуб границы нашей империи. — калейдоскоп тысяч предыдущих сражений, что блеснул в моих глазах, говорил лучше меня самого.

— Допустим. И какова будет твоя просьба?

— Я прошу руки вашей дочери.

Мои слова произвели ошеломляющий эффект. Хоть внешне это никак не отражалось, но внутри императора пылали противоречивые мысли. С одной стороны, страх и ненависть к себе из-за уже заключенной договоренности по браку, с другой искреннее желание сделать свою кровиночку счастливой.

— Если ты сейчас же не найдешь мне вескую причину для своих слов, я убью тебя на месте. — необъятная сила правителя Российской империи мгновенно обрушилась на фигуру новоявленного Великого князя.

Николай прекрасно знал, какие чувства его дочь испытывала к сидящему напротив юноше, но его истинные мотивы были в пелене тумана.

— Прошу меня простить, но не в одном языке мира не существует правильных слов. Так что позвольте вам… Показать.

Едва справляясь со свалившейся нагрузкой, моя аура вспыхнула пламенем феникса и соприкоснулась с силой императора. Я не стал скрываться и дал волю своим чувствам, явив сидящему передо мной всю ту радость, что недавно вновь поселилась в моем сердце. Показал бурю эмоций, что вспыхивала при одном лишь взгляде на мою единственную любовь.

Давление, исходившее от государя, исчезло так же быстро, как и появилось. Незаметно выдохнув, я заметил ошеломленный взгляд императора. Некоторое время мы провели в тишине, пока ее не нарушили слова Николая:

— Такие чувства невозможно подделать. Я и представить не мог, что кто-то столь сильно дорожит моей доченькой. — проглотив ком, возникший в горле мужчины, он вернул эмоции под контроль и вновь стал неприступной скалой. — Даю тебе месяц. Если у тебя получится покончить с военными действиями, то я дам тебе свое разрешение. А сейчас. — продолжил он, поднявшись с кресла. — Нам пора на военный совет.