Она подмигнула и поплыла прямо к толпе возле бара. Шум там стал громче. Кто-то уже полез на крауд-платформы, чтобы узнать условия размещения. Сумасшедшие. И это сумасшествие породила она, Марго. Но кто знал, что угли раздуются за секунды? Даже не пришлось прикладывать никаких усилий! Кретины. Марго подобрала со стола телефон и бездумно влезла в «ТикТок». Принялась листать ленту, останавливаясь только на мемах и не слушая остальное. Потому что осадок от заявлений Ивы всё-таки проник в сознание…

Было очень удобно не думать о Ригане вообще. Встречаться на вечеринках, плеваться ядом и снова забывать до следующей общей тусовки. Но теперь он подобрался слишком близко. Настолько, что поцеловал ее по-настоящему, вообще-то, хотя это и было спектаклем для публики. Но что, если нет? Если он и правда хороший, как сказала его сестра? Сегодня он то и дело прикрывал ее собой, удерживал от падения в туфлях, сглаживал промахи в ЗАГСе. Будто они в какой-то момент негласно стали командой. Не говоря уже о его более крупных актах помощи.

Этот образ не вяжется с привычным. То есть да, у него всё еще эта кривая ухмылка и высокомерно приспущенные веки, но что-то изменилось.

Что-то неуловимое. Или он всегда и был именно таким?

А может она просто надумывает? Ведь командой они стали только ради получения денег. Ну а Ива просто видит в брате только хорошее, но…

Боковое зрение уловило быстро приближающуюся фигуру. Марго резко вскинула голову и нашла взглядом всё ту же черную косуху, пробирающуюся между людей. А вот и он. Риган. Сэт. Боже, как его теперь называть-то? В одной руке — сразу две пивные бутылки. Вторая рука спрятана за спиной. Тёмные волосы растрепались и немного завились, будто от бега, на сильной шее едва заметно проступили вены. Марго не отвернулась. Не смогла. Слишком красиво, чтобы не смотреть.

А он поймал её взгляд, потряс в воздухе бутылками, приблизился к столу, и плотно сжатые губы вдруг растянулись в заговорщической улыбке.

— Держи. — Он вытянул руку из-за спины и опустил на пол хорошо знакомые, поношенные черные мартинсы. — Белье не нашел, ты его хорошо спрятала от фетишистов вроде меня. — Поставил бутылки, бросил на стол ключ от квартиры и тяжело рухнул на диван.

Марго завороженно проследила за его движениями. Он и правда это сделал. Нашел. Не перепутал. Привез… Она заглянула ему в лицо.

— Спасибо, — только и смогла выдавить из себя.

Сэт принялся выбираться из косухи.

— Пожалуйста. Обувайся.

Вместе с курткой он стянул и рукава пиджака, и всё вместе отшвырнул в угол дивана. Ни на кого не глядя, расстегнул пуговки рубашки до середины груди, и под ней открылся ворот белой футболки… Выглядит как начало эро-сцены. В животе начал закручиваться смерч. Поэтому дальше лучше не залипать… Марго заставила себя отвернуться, наклонилась и принялась заталкивать отекшую ногу в ботинок. Стопу обняло приятной прохладой от поношенной кожи, остывшей на улице.

Блаженство. Ради этого стоило терпеть весь вечер.

— Должна сказать, ты не такой, как я думала. — Марго наспех завязала шнурки и принялась заталкивать вторую ногу. — То есть да, ты всё еще заносчивый засранец, но не мудак.

Сверху, над столом, раздался смешок.

— Да ладно? Не обманывайся.

Марго справилась со второй шнуровкой. Вынырнула из-под стола и демонстративно подняла ногу.

— Мудак не метнулся бы за этим в разгар вечеринки. — Она задрала ее выше столешницы.

Сэт вдруг завис. Оказывается, в этот момент он закатывал рукав рубашки на локте, но его пальцы замерли. Острый взгляд уперся в ботинок. Скользнул выше к коленке. И еще выше по бедру. Если бы можно было обжечь одними только глазами, чулки уже начали бы дымиться. Но он тут же опустил взгляд на свой рукав, а губы изломились в этой его обычной высокомерной усмешке.

— Это просто был повод ненадолго свалить отсюда. — Сэт убедился, что рукав держится на локте, и взялся за пуговицу второго.

Говнюк. Мог бы и промолчать для разнообразия.

— Выглядишь убедительно. — Марго фыркнула.

— Нужно же держать марку, да? — Пуговка поддалась, и он сосредоточенно принялся заворачивать второй рукав.

Ответа не нашлось. Марго закатила глаза и просто уставилась на то, как постепенно открывается вторая сильная рука. Сэт закончил и с этим рукавом, закрепил его и из запакованного юриста превратился в горячего сына цыганского барона. Не хватает кольца в этом орлином носу и серьги в ухе, переливающейся в темных, растрёпанных волосах…