Сижу. Молчу.

— Хорошо… А что скажете, Булатов, на то, что, по утверждениям господина Книгина, вы с тем же самым Знаменским создали и активировали запрещённую пентаграмму? Приплюсуем сюда и наличие у вас незарегистрированного оружия. Об этом заявляют все оставшиеся в живых члены вашей группы практикантов. Значит, вы знали, что вас ожидает в Бакле, и заранее подготовились к этому.

Почти час жандармский офицер сыпал обвинениями, пытаясь вызвать на откровение. Особенно меня удивил тот факт, что на моей Петербургской квартире хотели провести обыск. Но Тамарка Мамуева заявила, что её постоялец Булатов съехал перед тем, как отправиться на практику. Хитрая химера решила сразу отвести от себя все подозрения и официально избавилась от постояльца. Вот это она правильно поступила. Если вдруг выяснится, что Тамарка с Тимуром являются Сущностями, то ни мне, ни им несдобровать.

Почти неделя ушла на допросы. Но за это время, кроме вежливых «здравствуйте» и «до свидания», я не проронил ни единого слова. Заодно смог оценить работу жандармерии этого мира и понять, что в Российской империи делу безопасности уделяется самоё серьёзное внимание. Про меня раскопали почти всё, что только можно. Даже драку с гопниками вытащили на свет. Удивительно, что не добрались до склада с оружием и деньгами. Всё-таки правильно я его оформил не официальным путём, а «по-чёрному», заплатив хорошие деньги одному мелкому клерку, занимающемуся складскими помещениями на речном вокзале.

Через неделю следователь в мундире исчез, и его место занял неприметный человек в штатском.

— Иван Иванович Иванов, — дружелюбно улыбнувшись, представился он. — Я из научно-аналитического отдела Тайной полиции.

— Очень приятно, — также вежливо ответил я. — Можно вопрос?

— Попытайтесь, Родион.

— Почему в ваших службах всегда одно и то же имя? Во всех книгах, статьях о вашей организации упоминаются лишь «Иваны». Хотя бы для разнообразия Петром Петровичем Петровым представились.

— Дань традиции. Ну и показывает простому обывателю, что не стоит быть излишне любопытным и пытаться узнать, кто на самом деле стоит за стандартным именем-отчеством. Но про научно-аналитический отдел я вам не соврал. Меня не интересуют все те обвинения, предъявленные вам жандармами. Это их работа, и они её сделают хорошо.

Забегу вперёд и открою маленькую тайну… Никакого компромата, кроме мелких грешков, за вами и вашими товарищами не числится, так что вскоре окажетесь на свободе. Допускаю даже, что будете представлены к наградам.

— Отрадно слышать, — расплылся в улыбке я. — Парень с медалью на груди всегда имеет больше шансов у девушек, чем просто парень. Как понимаю, вам нужен рассказ не о моих героических похождениях, а более специфические вещи? Готов к сотрудничеству.

— Именно. А почему вы раньше не шли на него? Целую неделю, словно в рот воды набрав, сидели?

— Всё просто, Иван Иванович. Все факты я изложил в письменном виде, а вот свои домыслы и эмоции оставил не для простых ищеек, а для таких, как вы. Дело-то очень мутное. А если учесть его масштабы, то и имперского размаха. Так что, чем дольше я молчал, тем была выше вероятность, что мы с вами быстрее встретимся. Давайте я вам выложу свои предположения, а потом вы начнёте задавать уточняющие вопросы?

— С вами, оказывается, приятно иметь дело, Родион. Весь внимание.

— Опущу вступление о головотяпстве и самоуспокоенности различных имперских служб, допустивших существование в течение нескольких столетий подземного города Преисподней.

— С точки зрения науки он дал нам много ценного материала, — возразил Иван Иванович.

— Он дал нам лишь то, что позволили увидеть высшие демоны. Иначе бы они сами его уничтожили. Твари никогда не отступают. Вернее, могут на время, но обязательно возвращаются. Не так ли?

— Тут с вами, Родион, не поспоришь. Скажу больше. Сейчас идёт серьёзная тряска всех структур, допустивших промахи после возникновения аномалии в Бакле полгода назад. Многие начальственные кресла уже опустели. Но давайте перейдём к сути.

— Давайте. Мне кажется, что произошедшее не было настоящим размытием Границы. Скорее всего, твари отрабатывали какую-то новую схему прорыва в наш мир. И использовали для этого участок, которого не жалко.

— Не было размытия? — удивился Иванов. — Налицо явные её признаки! И по всем параметрам…

— Акция тварей была заранее обречена на провал, — перебил я. — Сейчас было время обдумать произошедшее, и я почти уверен в своём выводе. Смотрите сами. Обычно размытие Границы происходит в течение нескольких часов. В тех местах, где нет поблизости больших воинских соединений. Ну а черноморское побережье почти наполовину состоит из армейских гарнизонов разной величины. Зачем устраивать размытие Границы рядом с уже имеющейся прорехой между мирами? Ведь даже тупоголовому минотавру понятно, что тут же последует мощная и быстрая реакция от людей.