– А моё платье?
– напомнила я о причине своего визита.

– Ты в этом безобразии несколько лет ходила! Потерпишь ещё четыре дня! Не упрямься, мы должны закончить наше творение!

Мне ничего не оставалось делать, как подчиниться женщине, явно впавшей в творческий экстаз. Однако поехали мы не в особняк Грема, а в другой дом, где, как я поняла из рассказа Вероники, находились ювелирные мастерские и лавка.

Ванессу мы застали со стопкой бумаг в руках и отчитывающей какого-то нерадивого то ли клерка, то ли продавца. Я так и не поняла. Но как только Вероника выложила эскиз на стол и дала свои пояснения, Ванесса моментально выгнала парня и приказала позвать своего среднего сына.

– Если кто быстро и сделает, то только он. Младший сын и внуки ещё не набрались должного мастерства, а старший работает хоть и превосходно, но медленно, - пояснила она.
– Крупный жемчуг у нас есть, золото и серебро тоже. Так что должны успеть к приезду донны Марии Селенской.

– Серебро? Зачем серебро?
– переспросила Вероника и добавила: - Такой особе нужны лишь самые дорогие камни, жемчуг и металлы.

– Не волнуйся. Я видела твоё платье, и небольшие вкрапления серебра пойдут на пользу. Нужно разбавить тяжёлый золотой цвет украшений лёгким серебристым.

Женщины начали отчаянно спорить между собой, оставив меня не у дел. Пришлось несколько раз демонстративно кашлянуть, чтобы обратить на себя внимание.

– Дорогая, прости, - совсем не виноватым голосом повинилась Труччо.
– Обещаю, что через четыре дня предоставлю все эскизы, сниму все мерки. А через неделю ты будешь самой элегантной женщиной в Борнео! Бери мой экипаж и поезжай домой.

– Да-да! Поезжай, - подтвердила Ванесса.
– И если нам удастся правильно воплотить твои мысли в жизнь, то тогда с меня тоже причитается. Украшения «Ювелирного дома Грема» на самой принцессе - это дорогого стоит в плане репутации.

Мне ничего не оставалось делать, как несолоно хлебавши поехать домой.

Лучше бы не приезжала. Во дворе стоят две осёдланные лошади, а довольная Люция сообщила, что господин Марко вернулся из поездки. Почему-то сразу захотелось слинять куда-нибудь подальше. Опять этот «испанский стыд» наполнил мою душу. Как же хорошо, оказывается, мне жилось без Марко. Но нужно хотя бы с ним поздороваться. Заодно и выведать новости о прошении развода. Приняли или нет?

С этими мыслями я поднялась на второй этаж и была чуть не сбита Ищейкой, на ходу напяливавшим не свой обычный стильный чёрный сюртук, а кожаную, местами потёртую куртку. В руках он держал ножны то ли с мечом, то ли с широкой шпагой. Я в этом оружии не разбираюсь.

– С приездом, - вежливо поздоровалась я.

– Не сейчас, Анна. Потом поговорим. Ты ведь про развод шла узнавать?

– И про него тоже. Что случилось?

– Беда в порту. Время дорого. Отойди в сторону.

– Ты надолго?

– Не задавай в сотый раз этот глупый вопрос!
– скривился он.

После этого невежливо отставил меня в сторону и чуть ли не бегом бросился на улицу.

Когда же я спустилась вслед за ним, то ни Ищейки, ни лошадей во дворе уже не было.

– Чего это он?
– поинтересовалась я у служанки.
– Бешеный какой-то.

– Да он всегда так. В порту кто-то напал на судно. Морячков уйму порезали, а дорогой товар из трюма вынесли. Вот господин Марко и торопится, чтобы от душ невинно убиенных узнать, кто на такое злодейство решился. Тут каждая минутка на счету!

– А потом что будет?

– Известно что, - пожала плечами Люция.
– Если души ещё при теле, то покажут картину убийства. Тогда Ищейка пойдёт по следу, пока не поймает разбойников. А если души уже улетели, то тогда думать будет.

– И часто он так пропадает?

– Раньше почти дома и не появлялся, а сейчас изредка: меньше убийств в округе стало. Эх… Даже отдохнуть с Дино не успели. Только во двор въехали, как тут я с этим письмом, помощником начальника порта переданным. Лишь переоделись и всё. Опять могут голодными несколько дней по округе носиться. А даже пирог не взяли.

– Нам-то что теперь делать?
– поинтересовалась я у многоопытной служанки.

– Ждать, госпожа Анна. Ждать и молиться, чтобы с господином Ищейкой и его отрядом ничего страшного не произошло. А то всякое бывало… Помните, как позапрошлым летом мужа вашего от разбойничьей стрелы в боку выхаживали?

– Не помню.

– Оттого, что не им, а собой были заняты. И это господина Марко ранило похуже стрелы. Я понимаю, что скоро перестанете быть ему женой. Только если, не дай бог, чего случится, то проявите хоть немного сочувствия.

– Хорошо, Люция. Но будем надеяться на лучшее.

– Обязательно будем, госпожа Анна. И молиться тоже…

Почти сутки я прожила никому не нужной попаданкой. Даже скучать стала по взбалмошной Ванессе и её подругам. Но больше всего переживала за Марко. Оказывается, у него реально опасная работа. Он не просто расхаживает с важным видом и раздаёт указания, а сам часто ловит преступников. Убийцам, как правило, терять нечего, поэтому они сопротивляются отчаянно.