И… Я взяла её в ученицы. Хотя, признаться, не так учила, как сама училась у этой удивительной девочки. Она мне помогала освободиться от «нафталина» прошлых заслуг и принять современность. Она дала мне энергию снова вернуться на сцену, а не ограничиваться лишь преподаванием. Она научила меня не только любить себя в искусстве, но и уважать других в нём. Список длинный могу зачитать... Вам могу, так как вы знали Венеру. Остальным не рискну. Не поймут! А выговориться сегодня очень хочется.

– Со мною тоже было нечто подобное… - вздохнул полковник.
– Конечно, применительно к нашей службе, но сути это не меняет. Да и не я один такой. После трагедии в отделе битые жизнью, прошедшие «точки горячие» мужики плакали. У её фотографии с траурной ленточкой столько цветов, сколько никогда в жизни не видел. Конфеты, даже плюшевые игрушки… Мы столько смертей пережили и, к сожалению, ещё не раз переживём, но тут словно душу вынули.

Юлия Фёдоровна, мы сейчас на поминки поедем. Давайте с нами? Думаю, что Венера была бы рада увидеть вас в компании своих друзей-сослуживцев.

– А я её поминать не буду!
– неожиданно отказалась актриса.
– Мы, лицедеи, хоть бываем и не очень крепки умом, но некоторые научились чувствовать чужие души. Венера жива! Пусть и не так, как мы тут привыкли, но жива! Поэтому я сейчас приеду домой, поставлю на проигрыватель Луи Армстронга, налью себе самого дорогого шампанского и пожелаю нашей Венере удачи, где бы она ни была! Пусть ей повезёт! Она заслуживает это!

– Может, вы и правы, - не стал спорить Муромов.

– Я права. И ещё… У вас есть жена? Не любовница или прочая профурсетка, а именно любимая жена?

– Профурсеток не держим, - оскорбился полковник.
– Моя Маша со мной почти сорок лет. При моей профессии столько выдержит исключительно любящая женщина. И я не предатель, чтобы бегать по другим бабам.

– Прекрасно, - как ни в чём не бывало улыбнулась актриса.
– Вот вам с женой два билета на мой спектакль. Приходите обязательно. История про любовь, верность и стойкость. Наверное, это моя последняя роль. И, уверена, самая лучшая, так как, несмотря на то, что играю пожилую героиню, вдохновлял меня образ Венеры.

– Придём обязательно, - твёрдо пообещал полковник и неожиданно отдал честь.
– Спасибо вам! Теперь мне почему-то тоже кажется, что наша Венера действительно жива!

Сон ушёл. Проснувшись, мокрыми от слёз глазами я смотрела в потолок, до сих пор ощущая ароматы того мира и запах сырой земли на собственной могиле. Быть может, это всего лишь действительно сон, наваждение. Но не покидает чувство, что только что заглянула в свою жизнь… или смерть.

И щемящая грусть в груди заставила сжаться сердце. Неужели люди так обо мне думали? Я же не такая! Обыкновенная девушка с немного странной судьбой и ничего более! Чему я могла или могу научить? Да всю жизнь сама училась у достойных людей, таких как полковник Муромов или Юлия Фёдоровна!

Но если это всё правда, если действительно каким-то чудом подглядела кусочек родной реальности, то…

Встав с кровати, подошла к зеркалу и пристально всмотрелась в глаза своего отражения.

– Вы тоже, мои дорогие, для меня всегда рядом! Спасибо вам за науку и терпение!
– вслух проговорила я, обращаясь через зазеркалье к близким людям.
– Обещаю, что не подведу вас! Не дам даже маленького повода усомниться во мне. Пусть вы этого никогда не увидите и не узнаете, но обещаю… Нет! Клянусь!

Не знаю. Наверное, мне показалось, но отражение ожило на мгновение и слегка кивнуло, словно принимая мою клятву. Скорее всего, игра воображения или оптическая иллюзия от не до конца высохших слёз. Неважно. Все слова отпечатались не в зеркальной поверхности стекла, а в моей душе.

И вдруг мне стало легко и свободно. Словно я действительно попрощалась с прошлым миром. Он отпустил меня. Он благословил. Не держит зла, не хочет вернуть назад, а словно говорит: «В добрый путь!».

Окрылённая, я уже не могла спать, несмотря на очень раннее утро. Сделала энергичную зарядку, не щадя этого в прошлом ленивого тела. Потом умылась. Бодрая и свежая, подошла к окну, чтобы полюбоваться рассветом. Солнце только наполовину выползло из-за горизонта, разгоняя ночную темень. И вдруг острое желание нового охватило меня. Это же портовый город, а я до сих пор не была у моря!

Наверное, наплевав на то, что до сих пор не помню дороги к нему, всё равно пошла бы искать. Остановил лишь наряд. Ходить по улице в ночной полупрозрачной рубахе явно не стоит. А платье сама нормально не надену.

Ладненько… Придётся на некоторое время отложить мечту искупаться в бескрайней солёной водичке. Зато я знаю, что сегодня обязательно закажу у Вероники Труччо: наряд, который не мешает мне самой распоряжаться своим временем. Кроме удобного, элегантный тоже закажу. Или даже парочку! Если я уж пришла в этот мир, то должна выглядеть в нём достойно!

Особняк Вероники Труччо произвёл на меня своеобразное впечатление. По своей красоте и помпезности он не выделялся среди подобных ему. Но как только я попала внутрь, то тут же окунулась в некий хаос, который, впрочем, был явно регулируемый. Туда-сюда сновали какие-то женщины с отрезами тканей, кто-то с кем-то спорил. Некоторые особы, чуть ли не столкнувшись на бегу, вдруг замирали и начинали шептаться, явно обсуждая какие-то важные то ли новости, то ли сплетни.