Сабина вспыхнула. Фрат почему-то разъяренно посмотрел на брата. Неожиданно дракон открыл пасть и издал несколько рокочущих звуков. Жутких. Громких. А еще подозрительно напоминавших человеческую речь.

– Я…не..хотел…их… есть! – медленно выдавливая более-менее членораздельные звуки из не слишком приспособленной для этого глотки, пробасил дракон.

Гвиана остолбенела.

«Правда зачастую оказывается страшнее вымысла», - так любил говаривать наставник Гвианы во дворце, старый маг Сиразмунд. Он был мудрым стариком, хотя, как и все остальные, ничего не смог поделать с ее темным даром, когда талант к магии наконец-то пробудился в принцессе. Иногда Гвиана гадала, остался ли он во дворце после ее побега. Все так же учит уму-разуму королевских отпрысков? Только теперь уже ее младшую сестру? Или все же ушел, не одобрив решения короля избавиться от старшей дочери? Был ли он замешан во всем этом? Гвиана не знала. Поначалу, когда девочка сбежала, ей казалось, что ее предал весь ее мир. Лишь со временем, годы спустя, Гвиана задумалась о том, что у слуг, к примеру, не было особенного выбора. Хоть она и выросла на их глазах. Как и у Сиразмунда?

Фэйтон упал в дыру довольно давно. Оказалось, что его одолел в битве очень могущественный маг и запер, погрузив в магический сон в этой пещере. Но однажды случилась буря. Ветер и гром проломили полоток его темницы, а дракон пробудился от неистовства стихии. Он хотел выбраться. Но люди заметили это…

– Каждый раз, когда я начинаю карабкаться наверх, они сбрасывают кого-то, - с горечью проговорило чудовище, пряча глаза.

Приноровившись к его речи, Гвиана смогла различать не только слова, но и выражение, с которым Фэйтон произносил их. Для человеческого уха дракон говорил ужасно медленно, путаясь в звуках. Но, учитывая, что он был огромной рептилией, произношение у него было отличным.

– После того сражения я утратил способность летать, - угрюмо проговорило чудовище. – Однажды я почти сумел выбраться. Но пришли маги и столкнули меня заклятиями обратно. А потом…

Глаза у монстра были ярко синие. Гвиана никогда прежде не видела таких глаз у живого существа. Разве что на картинах, да и то вряд ли. Полные горечи и сострадания, неведомого ни одному человеку в ее окружении.

– Старосты деревень решили задобрить его. Вон и сбросили жертв побольше. Чтобы дракон насытился и уснул, - хмуро пояснила Сабина. – В том числе жребий пал на меня.

Девушка говорила обыденно. Но у Гвианы по спине поползли мурашки. И это – светлое королевство ее отца! Куда смотрели те самые маги, что не дали Фэйтону выбраться? Так вот откуда наверху на камнях есть отпечатки его когтей? Принадлежал ли тот перстень с синим камнем и скелет кому-то из них? Едва ли магам удалось вновь загнать зверя под землю бескровно!

– Я успел поймать Сабину, - очень тихо произнес дракон.

По крайней мере, эта его фраза была по громкости вполне сопоставима с человеческим голосом.

– … Остальных – нет, - добавил Фэйтон еще тише.

– Чем же вы здесь питались? – хмуро спросил Балиан. – Вряд ли сюда так уж часто сбрасывают людей или хотя бы овец?

– Фэй ловит летучих мышей для меня. Иногда я нахожу больших пауков или еще что-то съедобное, - пояснила Сабина.

– Мой вид нуждается в пище намного реже, чем ваш, - оскалив пасть, пояснил дракон.

– А стоило оголодать, достаточно поскрестись и притвориться, что ты лезешь наверх? – понял Денор.

Дракон угрожающе щелкнул пастью.

– Я никогда так не делал! – прорычал он.

Темный Властелин поднялся на ноги. Успокаивающе коснулся его морды, совершенно не испугавшись острющих зубов.

– Так ты до сих пор здесь, потому что тебе жалко людей? – понял Гэлред. – Поэтому каждый раз ты перестаешь лезть наверх?

Понурившись, чудовище вновь опустило голову.

– Каждый раз я даю себе зарок, что не буду обращать внимание на то, что делают люди. Тех, кого они сбросили. Но не могу.

– Фэйтон пытается их ловить. Но почти все, кроме меня погибали, ударившись о стены пещеры до того, как ему удавалось их подхватить, - пояснила Сабина.

– А где… остальные, кого он спас? – растерялась Гвиана.

– Идем, покажу, - хмуро предложил дракон.

Несколько минут спустя они оказались в большом округлом пещерном зале, где было два неровных холмика, насыпанных из земли. В изголовье каждого лежал камень.

– Мальчика забрала болезнь, - тихо сказал дракон. – Он провалился сюда случайно. Хотел с друзьями взглянуть на меня поближе и не удержался на краю. А старик прожил здесь несколько лет. Но так и не перестал до конца бояться меня. Предпочитал жить в отдельной пещере, куда я заходил только, чтобы принести овечье мясо или летучих мышей.

Темный Властелин посмотрел на серые камни, на которых неумелой лапой было нацарапано подобие букв.

– Мы тебя освободим! – пообещал Гэлред.

– И благодарные жители прославят этот наш подвиг в веках! – язвительно произнес Балиан.

– Даже не сомневаюсь! – подтвердил их худшие опасения Аблог.

А Гвиана подумал, что это отличное начало для сказки о триумфальном возвращении Темного Властелина. Сначала он раздобыл Меч Тьмы. Теперь вот извлечет из земных недр ужасающего дракона, пожиравшего невинных. Интересно, прежние сказания о Гэлреде зародились так же?