Февраль 1936 — январь 1937 года

Первый удар народофронтцев был неожиданным и страшным для правительственных войск Испании. Атака шла в первую очередь по местам сосредоточения солдат, следующая приоритетная цель — штабы командования. По зданию правительства не захотели стрелять лидеры Народного фронта. Тут сыграло роль и то, что они находятся в центре города, из-за чего незаметно подвести «колокольчики» и другое тяжелое вооружение не получится, и то, что в черте города могли пострадать обычные люди. В итоге первым ударом постарались максимально «обескровить» войска Переса-Франко. Тут же, пока враг не очухался, через Коминтерн лидер народофронтцев и по совместительству глава социалистической партии Испании Индалесио Торибио призвал всех сторонников выйти на улицы и взять штурмом правительство.

Для координации всех ячеек из Советского Союза для этой цели было скрытно поставлено около тысячи раций. Пускай они были не такими компактными и дальнобойными, как в моем прошлом мире, но вполне решали задачу в рамках города. В итоге Пуэрто дель Соль и Каса-де-Корреос были взяты к вечеру, а большинство работающих там чиновников и помощников взяты в плен. Увы, самому Пересу удалось сбежать. Франсиско Франко и вовсе не было в этих зданиях. Но все равно — это был грандиозный успех! Правда, как и в любой гражданской войне, которая по факту началась с момента первого выстрела ракетных установок — лишь временный.

— Мой канцлер, у меня плохие новости, — зашел к Адольфу Гитлеру глава МИД Германии Константин фон Нейрат. — Народный фронт в Испании начал боевые действия. Они уже взяли штурмом правительство страны и объявили по местному радио о смене режима власти. Сейчас идет замена руководящих чинов в полиции и попытка взять под контроль те военные части, что еще не были ими атакованы. Радио и почта уже под их полным контролем.

— Как им это удалось? — резко поднял голову от бумаг рейхсканцлер.

— Помощь от русских. По моим данным — они использовали новейшее оружие массового поражения, которое буквально стирало казармы воинских частей в пыль.

— Прямо в пыль? — не поверил Гитлер.

— По словам информаторов, — тут же уточнил глава МИД. — Но что оружие было мощным, в этом сходятся все. От казарм остались руины, выживших почти нет.

— Что же это за оружие? — глаза Гитлера заблестели. — Почему оно в руках каких-то русских свиней, а не в Великой Германии? У нас что, ученые хуже? Инженеры глупее?!

— Уверен, что нет, — тут же ответил Нейтар. — Но причины лучше узнать у герра Гимлера.

— Я спрошу, — процедил Гитлер. — А вы — узнайте все подробности как можно быстрее. И позовите ко мне Канариса! Как он мог проморгать помощь красных? Это некомпетентность или саботаж?! — Нейтар тут же решил поскорее ретироваться от взбешенного плохими новостями рейхсканцлера, когда ему донеслось вдогонку, — и еще, герр Нейтар — срочно позовите ко мне герра Редера! Необходимо перекрыть канал поставок любой помощи этим покрасневшим макакам! Флот обязан досматривать любое судно, что идет в Испанию!

— Но это же… пиратство, — растерялся дипломат.

— Это война за будущее, — процедил Гитлер. — Если мы не хотим, чтобы красная зараза поразила и наше государство, нужно устроить карантин и задавить ее вдали от границ. Хватит с евреев и диких северян, нечего им делать в Европе!

Похожая атмосфера творилась и во Франции. Премьер-министр Пьер Лаваль, который удержался в прошлом году на посту как раз из-за обострения борьбы в Испании, нервно расхаживал по кабинету. Народный фронт был и в его стране. Более того, позиции этого движения были настолько сильны, что если бы не резкие телодвижения Переса, то сейчас в кабинете премьер-министра сидел не он, а социалист Блюм, рейтинг которого был чрезвычайно высок. Удалось удержаться лишь на тезисе, «не допустим беспорядков, как в Мадриде!» А как быть сейчас? Если не будет решительных действий, то Леон Блюм точно займет его кресло! Но какие именно это должны быть действия? Поддержать Переса? Он — официальная власть, можно сыграть на этом. Однако симпатии народа у Торибио. Выждать тоже не получится — социалисты не дремлют и вовсю ведут пропаганду этого чертова «Народного фронта»! Так не заметишь, как сам окажешься за решеткой. В лучшем случае — дома без возможности хоть как-то влиять на политику.

Резко остановившись, Пьер выдохнул и решился.

— МартИна, срочно министра иностранных дел ко мне! — крикнул он своей секретарше.

Да, совсем сложа руки сидеть нельзя, но и чересчур резких движений лучше избегать. Пока что надо заявить, что Народный фронт в Испании пришел к власти незаконно. Пускай проведут выборы и тогда можно будет с ними и поговорить. Это заявление позволит с одной стороны — не гневить народ, ведь Пьер покажет, что готов говорить с любым правительством, главное, чтобы оно было признано народом. Официально. А с другой — даст ему время выбрать окончательную позицию и связаться со своими коллегами из других стран. Ведь организовать выборы не так просто, да и время на это нужно. Тем более если Перес не опустит руки, то ждать этих выборов можно до-о-олго. Да и с Франко связаться необходимо — этот мерзавец вроде выжил. Нужно скоординировать с ним позиции. И конечно тайно оказать помощь. Иначе… с уютным кабинетом точно можно будет попрощаться!

— Германцы перекрыли канал наших поставок по морю, — с мрачной миной на лице, зашел ко мне поговорить Григорий Константинович.

— Это было ожидаемо, — заметил я. — Их Гитлер последовательно давит всех социалистов.

— Но откровенным пиратством заниматься! — всплеснул руками Орджоникидзе. — Это возмутительно! В Лиге наций так просто это не оставят.

— На словах, — кивнул я. — А в тишине кабинетов — поаплодируют и позлорадствуют в нашу сторону.

Мужчина лишь зыркнул на меня хмуро.