— И что здесь происходит, товарищи? — изумленно поднял он брови.

— Задержали гражданина, который пытался без записи прорваться к вам в кабинет, — тут же оказался рядом верный Поскребышев. — Есть подозрения на попытку покушения на вас.

— Попытка? — хмыкнул Сталин, узнав наконец молодого парня, которого скрутили два сотрудника охраны. — Нет, товарищ Поскребышев, Сергей в таком замечен не был. Отпустите его, — уже непосредственно охране скомандовал он.

Те нехотя отпустили парня, который тут же начал растирать пострадавшие запястья и плечи, но настороженного взгляда с него не сводили, готовые в любой момент снова обезвредить подозрительного типа.

— Товарищ Сталин, — закончив приводить себя в порядок, кивнул ему Сергей. — Я к вам по делу пришел, по поводу вашего поручения, а товарищ, — зыркнул на Поскребышева Огнев, — даже доложить вам не захотел.

— Заходи, Сергей, расскажешь все, — махнул рукой Иосиф. После чего посмотрел цепко на своего секретаря, от чего тот непроизвольно поежился. — Доложить даже о тебе не смогли. Ну-ну. Разберемся.

— Какой у вас бдительный секретарь, — позволил я себе усмешку, из-за внезапного стресса. — А что с Сергеем Леонидовичем?

Спросил и тут же прикусил язык — мало ли? Не оправдал ожиданий, подвел, а я тут интересуюсь — уж не связан ли как-то с ним? Но все оказалось гораздо проще.

— Умер, — буркнул Сталин. — Сердечный приступ.

Не ожидал. Жаль, толковый был мужик.

— Так зачем ты так рвался ко мне Сергей? Неужели позвонить нельзя было?

— Да я по вашему поручению, — протянул я Вождю папку.

В ней было и само поручение, и мой список вопросов, которые возникли при проектировании. Иосиф Виссарионович неторопливо раскрыл папку и углубился в чтение. На стене тикали «ходики», разбивая установившуюся тишину, а я молча ждал, в голове прокручивая, какие вопросы мне могут задать, чтобы избавиться от накатившего страха, в связи с ситуацией в приемной. Да уж, вот из-за таких ретивых подчиненных судьбы людей и ломаются на ровном месте. Но и сам я хорош — реально ведь мог сначала позвонить, да попросить назначить мне встречу. Привык в НИИ самым главным быть, а тут что называется «поставили меня на место».

Тут я услышал скрип перьевой ручки — это товарищ Сталин стал накидывать ответы на мои изложенные письменно вопросы. Когда он закончил и протянул мне папку назад, я все же не удержался и уточнил:

— Так для чего такие контейнеры делать? Универсальные, для любых условий, или под конкретную задачу?

— Лучше универсальные, Сергей, — сказал Сталин. — Но если целевые будут быстрее…

— Однозначно быстрее, — кивнул я.

— В Испании сейчас жарко, — кинул он взгляд на карту за своей спиной.

Я тоже посмотрел туда и вспомнил последние выпуски газет. Значит, он решил влезть туда? Впрочем, дела в нашей стране налаживаются, и враги на Западе тоже это видят. Не далек уже 1941, и если его удастся предотвратить поворотом части европейских стран от капитализма к коммунизму — нам будет только лучше. Забрав папку, я попрощался и отправился в НИИ. Сталин проводил меня до двери и, когда я выходил из приемной, к нему в кабинет уже заходил Поскребышев. Кажется, кого-то ждет серьезный разговор.

Одними ответами на мои вопросы по техзаданию Иосиф Виссарионович не ограничился. Уже на следующий день к нам в НИИ пришел командир из инженерных войск. Первое, что меня удивило в нем — погоны. Вот реально, не кубики, ромбики или другие фигуры, а натуральные погоны, как я их помнил по прошлой жизни. Он тоже заметил мой взгляд и, улыбнувшись, пояснил:

— Реформа вовсю идет, нововведений — вагон. Это — одно из них. Так еще и звания вернули, хоть обращение прежнее оставили, и на том спасибо. Мы сначала возмущались, мол, царские времена возвращаются, что ли? Но политрук доходчиво объяснил, что никакого возврата нет, просто порядок наводим и в обиходе с ними проще. Петлица-то со спины не видна, сколько раз можно было на ровном месте в неловкую ситуацию из-за этого попасть, а тут — издалека все заметно.

Приняв его ответ, я все же перешел к делу. И его помощь оказалась бесценна. Он указал на моменты, о которых ни я, ни товарищ Сталин даже не подумали. К примеру — обязательный звонок, включаемый с пульта дежурного для поднятия общей тревоги. Да, можно в части и общий «ревун» включить, а если необходимо поднять подразделение тихо, без рева на всю округу? Дневальный устанет по всем контейнерам бегать, и пока всех соберет, время может быть упущено. Да и другие у него обязанности есть. Или вот я думал бочку для умывания в контейнер впихнуть, а капитан Ватрушев, как звали командира, сказал, что это излишество. Для помывки — отдельный контейнер и так строим, лучше это место под личные вещи рядовых использовать, все же место в нем не резиновое. Тот же вещь мешок куда-то положить нужно, сменную форму, оружие опять же. Да, вот крепление под оружие он тоже посоветовал сделать, крючки для натягивания масксети наметить. И таких мелочей оказалось довольно много. Про оружейку я и не подумал. Ватрушев тоже поначалу сомневался, так-то оружие в специальном помещении хранится, но раз уж мы готовим контейнеры по «спецзаказу» для союзников из Испании, где политические дрязги реально могут перерасти в вооруженное сопротивление, то лучше каждому бойцу там иметь винтовку под рукой.

— Что по срокам? — спросил я его. — В поручении об этом ни слова, но как вам кажется, когда эти контейнеры могут потребоваться?

— Как бы не в этом году, — мрачно предрек капитан. — И ведь мало их здесь, у тебя, начертить — потом надо собрать, проверить их на пригодность и брак, и пустить в серию. В общем, чем раньше, тем лучше.

«Как обычно» подумал я, имея в виду задания, что дает начальство. Вон, только получили заказ на платформы, а с Алексея уже спрашивают, когда будет готов хотя бы прототип, ведь уже больше месяца прошло. Ну да ладно, сам понимаю, что такие контейнеры и нашей армии пригодятся.