Пока повреждения были не критичные, но все же биться сразу против двух противников, которые по опыту и по классу меха были ничем не хуже меня и моего меха — та еще задачка. А учитывая, что они оба находились ближе к суше, в отличие от меня худо-бедно могли маневрировать, практически невыполнимая.

Но и сдаваться я не собирался, поэтому все же дал полный залп по «Стервятнику».

Уж не знаю, что там думал Злыдень — то ли что я просто сдамся, то ли что не решусь, однако весь залп он поймал в центр торса. Лишь чудом не зацепило кабину. Случись это, и дальше бой бы продолжился один на один с Рикки.

— Щенок! — прорычал Злыдень и выстрелил в ответ, но я развернул свою машину, приняв попадания в плечо.

Вот только совершив этот маневр, я подставился перед Рикки и тот тут же всадил в корпус моего робота несколько ракет.

На экране тут же вспыхнуло предупреждение — еще один-два таких залпа, и мне конец.

И что делать? Стрелять в Рикки, пока я смотрю в его сторону, или еще раз ударить по Злыдню?

Я решил бить по Злыдню.

Очередной, но, к сожалению, не полный залп практически разнес броню на «Стервятнике». Жаль. Я целился в кабину и думал, что смогу попасть, однако Злыдень начал перемещаться, после прошлого моего залпа до него дошло, что если он так и будет оставаться на месте — для него все может кончиться быстро и печально.

Теперь я был перед сложнейшим выбором — оставаться лицом к Злыдню и боком к Риккки или развернуться к Рикки… Что в том, что в том случае получу залп в грудь своего «Воителя». Вполне возможно, что последний.

Но тут что-то большое закрыло от меня небо и солнце.

Оказалось, это был «Крушитель» старика.

Неужели он решил вступить в бой, помочь двум этим уродам расправиться со мной?

— Займись левым, — услышал я как всегда невозмутимый и тихий голос Артуса, — правый мне.

— Принял, — если бы старик мог меня видеть — он бы страшно удивился: на моем лице сияла такая улыбка…

Я мгновенно развернул своего «Воителя», получив попадания от Злыдня в плечо. Но это не страшно, это я переживу.

Артус, продолжая прикрывать меня, открыл огонь по машине Рикки, чем привел того в ярость.

— Уйди с дороги, старик! Не мешай! — чуть не визжал он.

Но старик даже не удостоил его ответа. Вместо этого он выдал полный залп по машине дезертира.

— Вам конец! Вам конец, обоим! — неистовствовал Рикки, а затем вдруг его голос, звенящий и истеричный, пропал.

Что за…

Неужели старик уже с ним расправился?

Оказывается, нет. Вмешалась, так сказать, судьба — один из кораблей барона, которые не успели уничтожить, дал очередной залп, и снаряд угодил точно в спину Рикки.

Мех был уничтожен, от кабины пилота, как и от самого Рикки, вряд ли что-то осталось.

Что ж, он хотел покинуть ряды «Падших» — ему это удалось. Правда, явно не так, как он себе планировал и представлял.

— Эй, Злыдень! — позвал я бывшего командира. — Что вам все-таки предложили?

— Какая разница? — глухо ответил он.

Похоже, до него дошло, что шансов совершить задуманное у него уже просто нет, тем более после того, как Рикки не стало.

— Просто интересно, — ответил я, — а еще больше интересно узнать — кто именно желает моей смерти.

— Какой-то дворянчик. Совсем пацан, даже безусый, — вопреки моим ожиданиям, ответил Злыдень.

— А зовут его как?

— Без понятия.

В этот момент я совершил маневр — начал разворачивать корпус своего меха, но тут же вернул его в прежнее положение. Однако Злыдень купился — разрядился слишком рано, вновь угодив мне в плечо.

Все, теперь он для меня совершенно безопасен, теперь моя очередь палить.

Я развернул «Воителя», нацелился в центральную часть «Стервятника» и надавил на гашетку.

Броня противника не выдержала, из меха Злыдня повалил дым.

Я видел, как его машина, словно жутко уставший человек подалась чуть вперед, наклонилась и замерла, опустив плечи. Это значило, что больше Злыдень управлять своим мехом не может — он попросту уничтожен.

В этот момент аварийный люк отщелкнулся, из него высоко в небо рвануло кресло с пилотом, воспользовавшимся катапультой.

Злыдень все же выжил. Что ж, значит, ему повезло…

Однако, как оказалось, я поспешил с выводами: короткая очередь из автопушки «Крушителя», и от кресла с пилотом в нем в разные стороны полетели ошметки.

— Зачем? — простонал я.

— Затем, — коротко ответил Артус, — это не поединок чести. Он хотел тебя убить, а не победить. Давать таким второй шанс нельзя.

Старик, как всегда, был немногословен. И в общем-то ничего такого не сказал, но я понял весь подтекст, который он вложил в эту свою короткую речь.