— К машине, бойцы! — приказал танкист, снова появившись из люка. — Слушай приказ! Двигаться за танком в пешем порядке. При обнаружении пехоты противника, не допускать приближение к машине.

— Только вы не сильно спешите, — попросил я, и тут же пожалел.

— Фамилия?

— Боец Коновалов.

— Назначаешься старшим над этой группой!

Высунулся! Получи!

Танк двигался так, что мы поспевали за ним только быстрым шагом. Несколько раз он поворачивал башню, но огня не открывал. Думаю, что командир, несмотря на то, что впереди шел яростный бой, намеревался, скрытно подобравшись на максимально короткую дистанцию, устроить фрицам сюрприз.

Немцы появились для нас внезапно, и тоже не рассчитывали нас тут встретить. Два мотоцикла с колясками выскочили из-за изгиба дороги, и тут же были уничтожены пулеметным огнем танка.

— Справа гансы бегут! — крикнул боец, тут же упав на землю.

Я посмотрел, но ничего за кустами не увидел. По нам с той стороны открыли ружейный огонь. Мы залегли и начали отвечать.

Наткнувшись на старую кучу, сделанную кротом, укрылся за ней. Стрелял наугад, как и остальные бойцы. Немцы, скорей всего, тоже нас не видели.

А танк ушел дальше!

— За мной! — пригнувшись, я бросился по его следам, обежав искореженный мотоцикл и труп мотоциклиста, которому гусеница раздавила ноги.

Страшно было не от того, что стреляют, а от того, что непонятно кто и куда стреляет. Мы подходили к селу с тыла и могли попасть под огонь как своих, так и немцев, если они заметят нас раньше.

БТ мы догнали шагов через триста. Заехав во двор крайнего дома и став под яблонями, экипаж вел наблюдение.

— Где вы пропали! — зло крикнул на меня командир танка.

— Под обстрел справа попали. Что дальше делать?

— Комбат по рации не отвечает. И всего пара наших танков стреляет.

— По звуку можешь определять?

— Да! А вот кроме наших, еще что-то серьезное и у них работает.

— Может самоходное орудие? — пользуясь послезнанием, решил я сделать подсказку.

Но не впечатлил командира.

— Гадать не будем! Давай одного мне на броню, кто посмелее, чтобы по сторонам и за тылом поглядывал, а сами вперед. Я буду сзади двигаться. Заметите противника, давайте направление. Буду подавлять. Не спешим!

Этот командир, хоть и был старшим сержантом, но видимо имел больше опыта, чем комбат. Тот горячий и решительный. Этот осторожный и рассудительный.

Война, это не только крики «ура», атаки и стрельба. Это еще и выдержка. И осторожность. И наблюдательность.

В этот раз у нас всего этого оказалось больше.

Мы продвигались не по улице, а через дворы, перебираясь через заборы. Боец впереди меня, высунувшись за угол очередного дома, резко остановился и отпрянул обратно.

— Немцы!

— Сколько?

Он пожал плечами. Пришлось выглядывать самому.

Пятеро. Двое легко раненые. Расположились возле колодца и что-то лопочут, жестикулируя и показывая в сторону, где идет бой.

— Что делаем, старшой?

— Ждем.

Немцы услышали шум танкового двигателя, и один пошел посмотреть к калитке. Я успел заметить начало его движения.

— Сюда один идет. Он твой, — я ткнула пальцем в ближайшего солдата.

А сам достал гранату. Она была у меня единственная. РГД-33. Дома этой гранате я уделил времени больше, чем изучению немецкого автомата. Сколько надо было совершить действий, чтобы ее применить! Хорошо, что еще только соскочив с танка, я привел ее в готовность. Теперь оставалось только снять с предохранителя и резким движением метнуть.

Товарищ не подвел! Я ожидал, что он выстрелит в немца, когда тот появиться из-за дома, но он сделал длинный выпад, ударив его штыком. На результат я не смотрел. Бросил гранату к колодцу. Взрыв! Я бросаюсь туда с винтовкой. Один точно убит. Трое ранены и оглушены. Первого протыкаю штыком. Вообще не чувствую преграды! Получилось действительно, как в поговорке «как в масло». От приложенной силы свалил противника. Вырвал штык и сразу же выстрелил во второго. Третьего, лежавшего возле сруба колодца, заколол, преодолев его попытки отбиться руками.

— Лихо ты их! Четверых уложил! Я даже прицелиться не успел! — удивленно бормотал за спиной кто-то из солдат.

— За улицей наблюдайте!

У меня было сейчас две очень важных задачи.

Первая, это сменить оружие. Из пяти убитых, автомат был только у застреленного мной солдата. Прислонив свою винтовку к стене дом, я взял МП-38. Получилось быстро справиться с ремнями покойника, чтобы снять два подсумка для магазинов. Проверил боезапас. Из шести магазинов, два пустые. Мало! Но в условиях населенного пункта предпочтение отдаю автоматике. За пояс засовываю две немецких гранаты. К бою готов!