Шрифт:
– Вот только не хочет он становиться ничьим, этот эталонный друг и возлюбленный!- с улыбкой думала Ильга, выходя из больницы.
И радовалась, что она к обаянию красавца нечувствительна вообще. Он устраивал её в качестве друга и советчика. Более чем. Своими пилюльками и разговорами, уже помог им с сыном. Сегодня не было "стадии". Не было! Никакого истощения!
Ильга кинулась обниматься к лекарю, когда услышала. Расплакалась. А он растерянно спросил, как такое может быть? Ильга всхлипнула:
– У меня прекрасный сын! Он бережёт свою маму. Как я берегу его.
И подмигнула Лавилю. Лекарь завис и выродил:
– Как?
Девушка ответила смешком:
– Сам научил же, лекарь! Я думала о том, чему ты учил меня. И стала говорить с моим мальчиком.
– И что?
– А то. Он любит меня так же, как я люблю его.
– И что?
Ильга фыркнула:
– Смотри, лекарь. Связь! Она ведь есть между нами, я уверена. Я чувствую её! И энергообмен теперь идёт иначе!
Декан "посмотрел". И осел на диван, потрясённо глядя на молодую мать. Пробормотал что-то про "чокнутых эльфиек" и о том, что "всё гениальное просто". Ильга посмеялась и пошла домой. Оставила целителя обдумывать новую загадку.
Столкнулась с Ависом прямо у входа в больницу. Он не прятался. Сидел на лавке и ждал её. Чуть поклонился:
– Уделишь мне время?
Ильга кивнула. Всё равно никуда не денешься.
Они пошли по дорожке вглубь парка, туда, где почти не бывало никого. Молчали. Руку его она не приняла. Так и шли, рядом, но не вместе. До тех самых пор, пока Авис не открыл рот:
– Спасибо, что спасла мне жизнь.
Ильга скосилась на него:
– С чего ты решил, что это я?
Он пожал плечами:
– А кто ещё? Я умирал. Уверен, ты решилась на слияние. Теперь я здоров, а ты болеешь.
Он замолчал, а она с замиранием сердца ждала, что будет дальше. Как он решит их судьбу? Даже не двоих уже, а троих?
Лавиль оказался прав! Он знал высокородных! Авис пережил, подумал и пришёл исполнять долг. Затянул волынку:
– Я хочу, чтобы ты знала, как я благодарен. И хочу просить, чтобы ты оказала мне честь стать моей супругой...
Ильга дослушала. Хотя бы для того, чтобы узнать, кого он предлагает ей на этот раз, любовницу или жену. Как оказалось, её ставки выросли, раз уж она спасла жизнь высокородному. Гляди ж ка ты!.. Несмотря на погубленную репутацию, удостоилась наконец...
Фыркнула смехом. Не выдержала. Он изумлённо уставился на неё. А она смеялась. С сожалением:
– Вроде, и хороший ты парень, Авис! Но говоришь всегда не то и не о том!
Он тут же помрачнел:
– Я понимаю, что не смог защитить тебя от Дастона...
– А причём здесь Даст?- полюбопытствовала Ильга.
Молодой маг мрачно кивнул:
– Ты права. Я ни от кого не смог тебя защитить. Ты гораздо более стойкая, чем я. Думаешь, я не понимаю?.. Я буду учиться у тебя...
Девушка снова скосилась на парня. С сочувствием покачала головой:
– Даже если повиснешь на мне, Авис, ты не научишься. Этому можно научиться только самому. Бросать вызов жизни и своим страхам.
Он опустил голову:
– Ты права. Я жалок.
А она как-то разом почувствовала, что устала. Ничего не меняется... Вздохнула:
– Ты не слышишь меня. Снова говоришь и думаешь о себе. Прощай, Авис.
Уходила по дорожке, когда в спину прилетело:
– Мы ещё поговорим!
Ильга передёрнула плечами. Вряд-ли.
***
Когда Нел явилась к вечеру в общежитие, то увидела сумки подруги, выставленные в центр комнаты. Сама она сидела за столом с Элвином, Илевеем и Густом.
Ректор грустно усмехнулся:
– Вот прощаемся. Ильга решила, что пора. Девочкам пока не говорили.
Нел кивнула:
– Правильно. Я сама скажу им. Потом.
Глава 34.
Декан Лавиль вёл себя в тот воскресный день совершенно нетипично. Не прятался, не бегал. Вышел к родителям студентов и родственникам благодарных пациентов. Терпеливо выслушивал и принимал заслуженные, надо сказать, похвалы. Сиял улыбкой и был настолько мил, и обаятелен, что у некоторых дам слегка кружилась голова.
К счастью, "его" проклятие считало встречу полезной и вело себя смирно. Иначе смотрели бы на него не с придыханием, а с диким, нескрываемым смехом. А как ещё, если он путался бы в собственных ногах и падал на посетителей?..
Дамиан терпел и сиял ровно до того момента, пока не заметил в стороне от других детей, пришедших с родителями, русоволосую восьмилетнюю девочку. Она чинно стояла под раскидистым деревом и ничем не напоминала себя в первые их две встречи. Тем не менее, он узнал её сразу же. И почему-то представил такой, какой описывал её Эльдар: с полной кучеряшек вольной гривой и весёлой улыбкой на лукавом личике.