– Что с ним случилось? Эндрю или его близнецом?

– Я… я сделал так, чтобы он больше никогда не смог причинить тебе боль.

– Мне жаль, что тебе пришлось это сделать.

– А мне нет. И я серьезно. Я не жалею и сделаю это снова. Как только мы найдем его брата.
– Как насчет того, чтобы заняться чем-нибудь веселым?
– говорю я, пытаясь сменить тему.

– Веселым? Например?

– У меня есть идея. Пойдем. Я встаю с кровати и опускаю Монтану на пол. Затем беру ее за руку и веду вниз по лестнице в гараж.

– Куда мы идем? Может, мне переодеться или еще что-нибудь?
– спрашивает Монтана.

– Ты выглядишь прекрасно. Тебе не нужно переодеваться для того, что мы собираемся делать. Я открываю пассажирскую дверь своего «Rover» и жду, пока она заберется внутрь, прежде чем занять водительское сидение. Затем я завожу машину и смотрю на Монтану. Она действительно самая красивая в мире. И она моя жена. Я никогда не перестану испытывать благодарность за это.

Час спустя я останавливаю машину на стоянке.

– Где мы?
– спрашивает Монтана, глядя в лобовое стекло.

– Шеннон Фоллс. Я часто приезжал сюда, когда только переехал в Ванкувер.
– Мы выходим из машины.

Я беру ее за руку и веду к пешеходной дорожке. Как только мы оказываемся на смотровой площадке, я предлагаю ей сесть. Здесь удивительно тихо. Это популярное среди туристов место, но сегодня мы здесь практически одни. Каскады воды низвергаются прямо перед нами.

– Раньше я приходил сюда, чтобы успокоиться, - говорю я.
– Я сидел и думал о хороших временах, с Шоном, с тобой. Я обнимаю ее за талию и целую в висок.
– У нас впереди целая жизнь, полная прекрасных событий, Танна.

– Да, - соглашается она.

– Какое воспоминание твое любимое?
– спрашиваю я.

– День, когда я вышла за тебя замуж.
– Монтана улыбается мне.

– И мое тоже. Но до этого, какое твое любимое воспоминание о Шоне?

– Это… неловко.
– Она качает головой и смотрит на свои кроссовки.

– Сомневаюсь. Все равно расскажи, - подбадриваю я ее.

– Когда у меня начались месячные, у меня уже не было мамы. У девочек должна быть мама, с которой можно поговорить о таких вещах. Папа не знал, что делать. Но Шон… Он пошел в магазин. Он купил мне все необходимое. Он поговорил со мной об этом и сделал это так, что я не смущалась, понимаешь? Как я уже сказала, это неловко.

– Я помню это.
– Шон позвонил мне в панике, и именно я сказал ему, что нужно делать. Что сказать ей. Но я не собираюсь рассказывать ей об этом. Я не буду отнимать у нее лучшее воспоминание о брате. Ведь главное, что он сделал то, что я ему посоветовал. Он пошел в магазин. Он купил ей необходимые вещи и провел несколько часов, разговаривая с ней в тот день.

– Что ты помнишь?
– спрашивает Монтана.

– Я позвонил ему, чтобы потусоваться, а он меня отшил.
– Я пожимаю плечами.

– Думаю, Шон был единственным человеком, который любил меня. Всю мою жизнь я знала, что он будет любить меня, несмотря ни на что. А потом, когда он ушел, я просто… осталась одна.

Я чертовски ненавижу себя за то, что бросил ее после смерти Шона. Я мечтал быть рядом с ней. Я просто не хотел нарушать обещание, которое дал своему лучшему другу. Я не хотел запятнать его память, ухаживая за его младшей сестрой. Я вообще не должен был давать это идиотское обещание. Мне было шестнадцать, когда я это сделал. Думаю, Шон всегда знал, что я неравнодушен к Танне. И он сделал все, чтобы я никогда не приближался к ней.

Но я не могу больше зацикливаться на прошлом. Сюда я прихожу, чтобы вспоминать хорошее, а не плохое.

– Знаешь, когда плохие воспоминания овладевают тобой, постарайся думать о хороших временах, - говорю я Монтане.
– Я не уверен, что это поможет, но можно попробовать.

– Я надеялась, что все закончилось. У меня давно не было кошмаров или таких приступов, и я просто… Наверное, я поверила, что исцелилась, - говорит она.
– Сегодня я поняла, что, наверное, это никогда не произойдет.

– Тебя нельзя исцелить, Монтана. Потому что, как я уже говорил и повторю еще тысячу раз, пока ты сама в это не поверишь, ты не сломлена.

– Я даже не знаю, где находится продуктовый магазин, Люк. Я не знаю, где купить твои снеки, и я думаю, что Лиам действительно съел их все.
– Она выглядит так, будто много думала об этом.

– Все в порядке. Все не так серьезно, Танна. Я сам могу купить еще.

– Но я же твоя жена. Я должна делать такие вещи.

– Покупать мне снеки?
– Я поднимаю бровь.
– Я уверен, что, как моя жена, ты должна быть моей главной едой.