Я пытаюсь исцелиться. Я не хочу быть такой… сломленной. Я хочу снова стать той девушкой, которой была раньше, и, если у тебя есть какие-то способности в твоей загробной жизни, мне бы очень пригодилась твоя помощь сегодня. Я иду на игру «Рыцарей». Я покидаю безопасное пространство этого дома. И мне страшно. Я не хочу опозорить Люка, если у меня случится приступ паники на публике. А еще я боюсь, что он где-то там, ждет меня.

Эндрю. Я не могу его победить. Это его игра. Он устанавливает правила и всегда выигрывает. Может быть, последний месяц был для меня отсрочкой, но я знаю, что он найдет меня. И когда он это сделает, это не будет милой встречей.

Я думала о том, чтобы пойти на курсы самообороны. Может, попросить Алию пойти со мной? Она милая. Она бы тебе понравилась. Думаю, тебе бы понравились все новые друзья Люка.

Я не знаю, что еще я должна написать. Я попробую завтра. Я дам тебе знать, как прошла игра.

Монтана

– Эй, ты готова?
– спрашивает Люк. Я закрываю дневник и кладу его на журнальный столик. Он бросает на него короткий взгляд, прежде чем снова посмотреть на меня.

– Да. Давай сделаем это.
– Я поднимаюсь с дивана и направляюсь к нему.

– Ты знаешь, что я в любой момент покину лёд и отвезу тебя домой.

– Этого не случится. Со мной все будет в порядке.
– Я стараюсь верить своим словам. Даже если со мной будет не все в порядке, я не собираюсь делать ничего такого, что заставило бы Люка прервать игру.

– Я знаю, что так и будет, но я хочу, чтобы ты знала, что ты на первом месте, Танна.

– Спасибо, но я хочу посмотреть, как ты играешь. Прошли годы с тех пор, как я видела тебя на льду. Это будет весело.
– Я улыбаюсь ему.

Сердце бешено колотится в груди, моя рука крепко сжимает руку Люка. Он уже переоделся. Он заставил меня остаться с ним в отдельной раздевалке. Как ему удалось это устроить, я понятия не имею. Но игра вот-вот начнется, и он ведет меня к ложе семьи Монро.

Его рука все еще держит мою, когда мы входим в дверь. Люк еще раз ободряюще сжимает мою ладонь. Мои нервы немного успокаиваются, когда я вижу, что Алия ждет меня.

– Алия, это Монтана. Монтана, Алия, - говорит Люк, как будто мы никогда не встречались. Это немного странно, но они оба согласились держать в тайне причину моего пребывания в Ванкувере. Так что она подыгрывает. Должна признать, что так даже проще, не нужно объяснять, что мы уже встречались и почему.
– А это Кэтрин и Лилиана, - добавляет Люк, жестом указывая на двух других девушек, находящихся с нами в ложе.
– Монтана будет смотреть игру здесь, наверху, вместе с вами.

– Отлично, иди сюда. Я налью тебе что-нибудь выпить.
– Алия хватает мою руку и тянет меня к мини-бару.

Я оглядываюсь через плечо и улыбаюсь Люку. Я не хочу, чтобы он беспокоился обо мне, когда он должен быть сосредоточен на игре.

Глава восемнадцатая

Тренер отправил меня на скамейку запасных. Не могу сказать, что я поражен. Я пропустил три недели тренировок и игр. Я удивлен, что не заработал огромный штраф. Я знаю, что за это надо благодарить Грея или его отца. Всем сообщили, что я восстанавливался после небольшой травмы и только сегодня получил разрешение играть.

Идет второй период. Я еще не выходил на лёд, и не думаю, что меня выпустят. Это нормально. Вернее, это отстой, но я все еще здесь, со своей командой в Замке, арене «Рыцарей». И нет ничего лучше, чем болельщики на домашней игре, которые скандируют мое имя снова и снова. Я знаю, что они все ждут, буду я играть или нет. Думаю, вся команда тоже. Когда звучит сигнал окончания второго периода, я понимаю, что это маловероятно.

Я иду по туннелю в раздевалку. Я хочу взять свой телефон. Хочу позвонить и узнать, как там Монтана. Но я не делаю этого. Не стоит давать тренеру еще один повод разозлиться на меня. Вместо этого я сажусь на скамейку перед шкафчиком и жду. Проходит совсем немного времени, и в раздевалке становится шумно. У каждого игрока есть своя рутина или ритуал, чем он занимается в перерыве.

В данный момент Грей разговаривает по телефону, снимая с себя экипировку. Он звонит дочери, а затем проводит в душе не менее десяти минут. Трэвис сидит на скамейке, откинув голову назад и закрыв глаза. Я так и не могу понять, молится он или медитирует, но именно этим он занимается первые десять минут, и да поможет Бог каждому, кто попытается с ним заговорить.

Кинг принимает душ и ложится на массажный стол. С ним одновременно работают два массажиста. А я? Обычно я снимаю коньки и прыгаю на велосипед или беговую дорожку, пока смотрю повторы игр на планшете. Мне нужно двигаться, чтобы сохранить мышцы разогретыми. Но поскольку я знаю, что сегодня не играю, я довольствуюсь тем, что сижу здесь и смотрю, как все остальные занимаются своими привычными делами.

Как по расписанию, за пять минут до начала третьего периода тренер собирает команду и начинает свою обычную напутственную речь. Он рассказывает стратегию на период, а затем отправляет нас на лёд. Я уже на полпути к туннелю, последним вхожу в дверь, тренер идет за мной.

– Готовься, Джеймсон. Ты выходишь во второй пятерке, - говорит он.

Я киваю головой.

– Я готов, тренер.

– Я чертовски надеюсь, что готов. Ты пропадал три недели с какой-то загадочной травмой, о которой меня не поставили в известность. Что бы с тобой ни было, надеюсь, ради тебя и команды, что все обошлось.