— Гарик, жги его! Я свяжусь с шефом, — произнёс тот, у которого была рация. Он достал средство связи и нажал вызов. — Приём. Приём! База? Почему не работает?

Пока второй маг огня отвлекал меня огненными шарами, другой не мог понять, почему рация вырубилась.

Ну, его-то артефакт защитил от заряда, а вот аппаратуру нет. Амулеты и магические артефакты редко настроены на защиту «бесполезного» имущества.

В первый момент противники предпочли не отвлекаться на связь с базой, сочтя меня неопасным психом. Теперь же, когда я выбрался из огненной ловушки, хотели всё же рискнуть, чтобы сообщить сообщникам или запросить подкрепление.

Я пока не был уверен, что это не надзиратели. Пусть форма и артефакты не были уставными, но в случае чрезвычайной ситуации можно было использовать любые подручные или личные средства.

Однако сама реакция, нацеленная на моё убийство, а также рация без инвентарного номера прямо намекали, что я наткнулся либо на местных заключённых, либо на кого-то извне.

Я старался держать дистанцию в 10–12 метров.

— Вёрткий жук, — буркнул мужик без пояса.

Дистанция позволяла мне относительно без проблем увернуться от заклинаний, но быть недалеко на случай попытки использования другого средства связи.

Сейчас продолжал накрапывать дождь. Сила воды с небес ослабла, но всё вокруг было мокрым, поэтому я не опасался, что наш бой вызовет пожар. Но привлечь внимание мы могли. А данная территория была скорее выгодна мне, чем другим. Ведь вокруг влага, а для холода или электричества это было достаточно выгодно.

Хотя артефактов у противников было достаточно.

Вот только за минуту боя ничего нового они не показали.

Ещё один раз меня попытались поймать в огненный барьер, но не более того.

Я же провёл несколько экспериментов.

Во-первых, мой заряд не уничтожал встреченную магию огня, но немного её отклонял в сторону. Это была полезная информация.

Во-вторых, удар электричеством под ноги противнику активировал его защиту, но не более того. К сожалению, при этом часть заряда уходила по воде в стороны.

В-третьих, я провёл финальный эксперимент.

Хотел бы я протестировать «Залп», но защиты противников могло не хватить, а мне требовалась информация от пленников. Хотя бы косвенная.

Так что я рванул в их сторону, на пределе.

В какой-то миг меня снова начала останавливать невидимая преграда, дополненная огненными атаками, но я упёрся и пошёл вперёд.

— Да что с ним такое? Раны на нём заживают мгновенно. ГРАЧ? Оборотень? — спросил тот, у которого была рация.

— Дым! — крикнул второй и бросил мне под ноги зелье.

Скорее всего, оно было с примесью какой-то отравы.

Обнаружен новый ресурс.

Токсин нейтрализован иммунитетом к ядам.

Магические предметы при этом у них продолжили создавать защитное поле, но ровно до того момента, как они попробовали активировать огненный барьер.

Их защитный артефакт выпустил магию, но при этом ослаб, а я воспользовался этим и приблизился, после чего разрядил достаточное количество энергии, чтобы вырубить их.

— Кажется, перебор, — пробормотал я, когда тела рухнули, немного дымясь. Похоже, персональные артефакты и доспехи не так уж сильно снизили ущерб с малой дистанции.

Камуфляж между тем продолжил работать, так что изменил цвет под траву и грязь.

Я же начал раздевать цели, ведь кроме безопасности это могло дать информацию.

Стоило снять шлемы, как я увидел на лице каждого шифр в виде трёх рядов по три цифры в каждом:

000 000

008 702

192 834

Левый принадлежал мужчине старше, правый молодому.

Пока мы с Салтыковым ехали в нужное место, а для этого пришлось сменить машину на вертолёт, а потом на другой автомобиль, я получал от него информацию. Заучивать лица сотен тысяч заключённых, прошедших логова, было бесполезно. А вот запомнить тоже количество в виде страниц с номерами — для меня было просто.

Конечно, я заучивал только отобранные Шкипером номера, а не всё подряд.

Правый номер был относительно новым и явно не считался кем-то значимым. А вот левый принадлежал:

000–008–192 Артур Козлов (лишён титула: граф). Маг огня 4 уровня. Логово №31. Дата смерти: 18.08.2083

Похоже, одно из подозрений Салтыкова подтвердилось. Жаль, что он не разъяснил их. Между тем пришло время для нового теста. Я решил опробовать «глас сильного» и приём, которым младший Салтыков в Африке подчинил Леона Грачёва: