– Все из-за тебя! – прошипела блондинка. – Из-за вас обоих. – Она метнула яростный взгляд на Ника. – Именно вы двое вынудили меня на ответные меры.

– Ты о чем вообще? – устало покачав головой, спросила Джоанна, не понимая, как они могут нести ответственность за действия Короля.

– Вы двое убедили нашу семью в том, что мир между людьми и монстрами возможен. Убедили их добиваться его.

Джоанна пораженно уставилась на собеседницу. Ник нахмурился: он тоже явно не ожидал услышать подобное. Но слова Элеоноры звенели истиной, которая чувствовалась всей душой. Даже в прошлой хронологической линии они с героем в итоге пришли к тому же варианту, пусть Джоанна его и отвергла, развоплотив Ника.

Она сглотнула. Рушились предположения, что прежняя ее версия не подозревала о своей сущности. Они строились на том, что иначе они с возлюбленным не сумели бы поддерживать отношения. Но, может, они обнаружили иной путь? И пытались примирить два народа?

– Ты хотела, чтобы мы прекратили перемещаться во времени, – заявила Элеонора. – Какой эгоизм! Убеждать родных пойти против своей природы, отказаться от дара, принадлежащего нам по праву рождения!

– И они согласились? – с трудом пытаясь переварить новую информацию, удивилась Джоанна.

Вспышка гнева на лице блондинки послужила подтверждением. Невероятно. Неужели целая семья монстров действительно позволила себя убедить, что мир с людьми возможен?

Кем вообще были Грейвы, раз послушали доводы Ника и Джоанны? Она вновь ощутила отголосок горя, не достигавший сознания, – телесную, глубинную память.

– Но ты отказалась, – прокомментировал Аарон.

Джоанна заморгала от неожиданности. Он очень редко вклинивался в чужую беседу.

– Путешествовать во времени заложено в природе монстров, – надменно ответила Элеонора, задирая подбородок.

– Никто не может обладать от рождения правом красть жизни, – не менее твердо заявил Ник.

Элеонора помрачнела, и Джоанна ощутила страх. В конце концов, их по-прежнему держали под прицелом.

– Значит, ты донесла на родных Королю? – уточнил Аарон.

Джоанну удивил его вывод. Она сама не сумела бы его сделать и не испытывала уверенности в правильности предположения, пока не заметила вызывающего выражения лица Элеоноры.

Аарон посмотрел на нее с презрением. Он ненавидел предателей.

– Так это ты рассказала все совету? Донесла на собственную семью? – спросила Джоанна.

– Я передала сообщение для Короля, что между людьми и монстрами идут мирные переговоры, – ответила Элеонора. – И думала, что он вмешается, положив конец абсурдной идее. Но… – Ее голос сорвался, и она сделала заметное усилие над собой, чтобы продолжить, прошептав: – Именно ты заронила ее в умы родных. Иначе они никогда бы не попытались заключить соглашение.

Джоанна открыла рот, но не сумела произнести ни слова. Теперь она с легкостью могла восстановить картину произошедшего.

– Король решил положить конец не только переговорам, – все же удалось выдавить Джоанне.

Воспоминаний о случившемся не осталось, однако ощущение ужаса и отвращение накрыло от одной мысли о последствиях поступка Элеоноры.

Та подтвердила догадки:

– Король увидел в этом предательство и наказал всю семью за то, что начала ты! – На ее лице сейчас отчетливо читались неприкрытые эмоции. Она винила Джоанну за смерти родных и ненавидела ее за это. – Грейвы погибли из-за вас двоих.

Вспомнились сцены пыток Ника: его разбитый нос, сломанная рука. А Элеонора лишь повторяла с мстительным удовольствием: «Снова». Вот почему она выбрала простого парня на роль героя. Вот почему наслаждалась видом его боли.

– Жаль, что мне не удалось наблюдать собственными глазами, как Ник убивал Хантов, – тихо произнесла Элеонора, и от прозвучавшей в ее голосе ненависти Джоанна содрогнулась. – Жаль, что не видела твое лицо, когда ты спасалась от возлюбленного, гнавшегося и за тобой.

Стоявший рядом Ник издал едва слышный звук, будто получив удар кинжалом, и выдохнул:

– Вот почему?

Джоанна поняла недосказанное: «Вот почему ты развоплотила героя?» Но не сумела даже кивнуть в ответ, переваривая сваленную на нее информацию.

Элеонора посмотрела на собеседницу холодными, как осколки льда, глазами.

– Все началось, когда вы двое попытались заключить мир между людьми и монстрами, поэтому я натравила вас друг на друга: сотворила из твоего ненаглядного Ника героя, который причинял бы боль тебе снова и снова, пока кто-то из вас не умер бы. Чтобы ты на своей шкуре прочувствовала хотя бы долю моих ежедневных страданий. – Блондинка жестоко улыбнулась. – Я превратила его в охотника из-за вашей любви друг к другу. Чтобы ты никогда не смогла ему доверять после убийства родных. И чтобы он увидел твою истинную суть – монстра. Чтобы вы оба стали врагами. И у меня получилось, согласна? Ты больше ни за что не попытаешься искать мирных переговоров. И вы двое будете разделены навечно.