— Так вот… — Кейси сурово оглядел все собрание, — ловушки отменяются. Наш президент лично договорился с советским лидером, что эту пару никаким образом разрабатывать не надо. Жить они будут в Черногории, это одна из республик Югославии, если кто-то не знает… в местечке под названием Херцег-Нови… это берег Адриатического моря, модный курорт.

— Я бы съездил в эту Черногорию, — не удержался от реплики Макконахи, а потом добавил, глядя на директора, — если позволите, конечно — в целях контроля ситуации.

— Съездишь, Эндрю, — пообещал ему тот, — но не прямо сейчас, попозже. Пусть живут, как хотят… со спецслужбами Югославии у меня уже были контакты, они пообещали проследить за безопасностью этой пары.

— А какие же тогда у нас большие проблемы, шеф? — задал вопрос Хеннеси.

— Не торопись, Пол, — ответил директор, — сейчас и до них дойдем. Значит так, слушаем инструкции и стараемся от них не отступать… ну то есть можно и отступить, но в случае крайней необходимости и с санкции руководства. Пункт один. Никаких активных действий против русских… относительно их союзников можно, но с осторожностью, против восточных немцев без ограничений. Пункт два. Отношения России с Китаем отныне тема номер один в нашей работе… делайте, что хотите, но надо вбить клин в их взаимоотношения… для начала можно и небольшой клинышек… но опять же без активных действий. Пункт три. Что нас особенно интересует в России на данный момент — недавно Романов побывал на двух запусках МБР, один в Плесецке, второй в Баренцевом море. Надо расшибиться в лепешку, но узнать характеристики того, что запускали и из Плесецка, и с моря… в общих чертах все.

Озеро Рица, дача Сталина

Романов испросил у управделами ЦК законный отпуск на две неделе и отправился проводить его на бывшую дачу Сталина, а ныне Госдачу №5, недалеко от города Гагры в республике Абхазия. Построена она была в 47 году по спецраспоряжению ЦК для отдыха высших руководителей партии и государства. Была она невысокой, в один этаж, и гармонично вписана в окружающий ландшафт. Специально к ней была проведена горная дорога по серпантину от самых Гагр. Для прогулок по озеру Рица на Ленинградском заводе экспериментального судостроения специально был спроектирован и построен малой партией катер проекта 370У, а для охраны также был создан спецглиссер с кодировкой НКЛ-5.

В оформлении дачи были использованы ценные сорта дерева, такие, например, как самшит, орех и карельская береза, вся мебель была сделана по спецзаказу под небольшой рост товарища Сталина. А в дальнейшем никто не озаботился сменой обстановки, так что практически все там оставалось тем же, что и в год ввода объекта в эксплуатацию.

И еще на этой даче имелся небольшой кинозал, где вождь мирового пролетариата просматривал новые фильмы и давал высочайшее разрешение на их прокат… ну либо запрещал показывать их населению, тут уж одно из двух. Так высочайшее одобрение получили комедии Александрова «Веселые ребята» и Пырьева «Трактористы», а еще идеологические ленты «Чапаев», «Петр Первый» и «Иван Грозный». Но на полку отправились недостаточное выдержанные «Скворец и лира», где Любовь Орлова изображала американскую шпионку, и «Бежин луг», содержавшее по мнению вождя недостаточно достоверные данные о расстановке классовых сил в деревне.

Романов приехал на эту дачу с супругой Анной и планировал ничего не делать в ближайшие две недели, но суровая реальность внесла в его планы свои коррективы. Охранник буквально через десять минут после приезда доложил, что по АТС-1 поступает звонок от товарища Примакова, члена Политбюро и Председателя КГБ СССР.

— Что ему надо? — недовольно справился Романов.

— Не могу знать, товарищ Генеральный секретарь, — вытянулся во фронт бравый охранник из девятки, — сообщил только, что дело срочное.

— Хорошо… — устало махнул рукой генсек, — переводи вот на этот номер.

И буквально через десяток секунд телефон в столовой на красивом столе, инкрустированном буком и ясенем, начал разрываться на части.

— Слушаю, Евгений Максимович, — Романов поднял трубку и одновременно кивнул супруге, чтобы она вышла.

Анна все поняла, не первый год была замужем за лидером государства, и вышла по анфиладе налево, в направлении кинозала.

— Мне очень жаль отрывать вас от отдыха, Григорий Васильевич, — донеслось из трубки, — но вот только что возникло одно обстоятельство, требующее вашего вмешательства.

— Излагайте, — коротко бросил в телефон Романов.

— Большая проблема в Польше, товарищ Романов, — перешел на официальный тон Примаков, — забастовки в трех крупнейших городах, на улицах баррикады, столкновения с полицией, Ярузельский просит консультаций по дальнейшей деятельности…

— Опять Лех Валенса? — уточнил генсек.

— Не столько он, сколько недобитые деятели Солидарности, Куронь и Михник, — пояснил Примаков.

— Ярузельский хочет лично приехать к нам?

— Да, говорит, что самолет готов к вылету.

— Хорошо, пусть вылетает в Адлер, оттуда до до Рицы недалеко… я вышлю машины сопровождения. А в двух словах — почему такой катаклизм случился? Что стало детонатором?

— На судоверфи в Гданьске задавили одного рабочего… по моим данным, это произошло по глупой случайности. Но лидеры оппозиции сумели правильно обыграть эту смерть — на следующий день бастовало сто тысяч гданьских рабочих… еще через день пятьсот тысяч по всей Польше…

— Хорошо, я поговорю с Ярузельским лично… вы, кстати, тоже подтягивайтесь сюда, Евгений Максимович… и Соколова с собой возьмите, устроим обсуждение проблемы в тесном кругу единомышленников.