– Но разве можно… – Лицо-обращенное-к-солнцу осекся, не в силах закончить фразу.

– Какая жестокая экосистема, – завершил его мысль другой голос. – Почему от планеты не отказались?

– Разумеется, этот вопрос обсуждался, Роберт. Но мы так легко от планет не отказываемся. Для многих Душ она стала домом. Нельзя срывать их с обжитого места против воли. – Я углубилась в записи, намекая, что обсуждение окончено.

– Но это же варварство!

Физически Роберт моложе большинства студентов – ровесник моего носителя. И он совсем еще ребенок с другой, более важной точки зрения. Земля стала для него первым миром, для его Матери – тоже. По сравнению с Душами, посетившими несколько планет, кругозор Роберта весьма ограничен. Каково это – с рождения находиться в человеческом теле, переполненном ощущениями и эмоциями? Вероятно, трудно соблюдать объективность. Пожалуй, следует проявить к нему терпение.

– Каждый мир по-своему уникален. Лишь на собственном опыте можно по-настоящему понять…

– Вы никогда не жили в Огненном мире, – перебил Роберт. – Наверное, по той же причине… Вы ведь побывали почти на всех планетах, а там – нет.

– Выбор планеты – личное дело каждого. Когда-нибудь ты и сам это поймешь, – произнесла я тоном, не допускающим возражений.

Почему не скажешь им? Ты же сама считаешь поведение Огнеедов жестоким и варварским. Кстати, ничего не напоминает? Или тебе стыдно согласиться с Робертом, потому что он более человечный, чем все вы, вместе взятые?

Обретя голос, Мелани стала совершенно невыносимой. Как тут работать, когда у нее по каждому вопросу имеется собственное мнение?

Рядом с Робертом шевельнулась темная тень.

Искательница, по обыкновению в черном, подалась вперед, впервые проявив интерес к разговору.

Я подавила желание метнуть на нее злобный взгляд. Еще не хватало, чтобы Роберт, и так взволнованный, воспринял его на свой счет. Мелани заворчала. Она хотела, чтобы я поставила незваную гостью на место. Искательница теперь следовала за нами по пятам, и Мелани обнаружила, что способна ненавидеть кого-то сильнее, чем меня.

– Наше занятие подходит к концу, – с облегчением объявила я. – Рада сообщить, что в следующий вторник выступит приглашенный лектор, который ответит на все ваши вопросы. Хранитель Пламени недавно прибыл на эту планету, он расскажет о личном опыте заселения Огненного мира. Уверена, вы с уважением отнесетесь к юному возрасту его носителя. Благодарю за внимание.

Студенты потянулись к выходу, многие неторопливо переговаривались между собой, собирая вещи. Мне вспомнились слова Кэти о дружбе, но желания присоединиться не возникло. Они для меня чужие.

Для меня или для Мелани? Трудно сказать. Возможно, я от природы асоциальна, моя биография тому свидетельство. Ни на одной планете я не заводила длительные отношения, нигде не задерживалась дольше чем на одну жизнь.

Роберт и Лицо-обращенное-к-солнцу остановились в дверях, увлеченные беседой. Нетрудно догадаться о чем.

– Рассказы об Огненном мире никого не оставляют равнодушным.

Я вздрогнула от неожиданности. Рядом стояла Искательница. Обычно о ее приближении возвещал цокот каблуков, но на сей раз она надела кроссовки – разумеется, черные, – и в них выглядела совсем крошечной.

– Не очень люблю эту тему, – ровным голосом ответила я. – Предпочитаю делиться личным опытом.

– Зато группа живо отреагировала.

– Да.

Я собрала свои записи и принялась складывать в сумку.

– Ты тоже.

Не оборачиваясь, я продолжила тщательно укладывать бумаги.

– Интересно, почему ты не ответила на вопрос.

Я промолчала.

– И все же… почему не ответила?

Я обернулась, не скрывая раздражения.

– Потому что вопрос не относился к теме занятия. Потому что Роберту нужно научиться себя вести. Потому что это никого не касается.

Я закинула сумку на плечо и быстрым шагом направилась к двери. Искательница засеменила рядом. Мы молча шли по коридору. Лишь выйдя на улицу, где послеполуденное солнце высвечивало пылинки в просоленном воздухе, она заговорила снова:

– Думаешь, тебе удастся где-нибудь осесть, Странница? Может, здесь, на этой планете? Похоже, тебе близки… их чувства.

Я возмутилась: она явно пытается меня оскорбить. Правда, чем именно – непонятно. Мелани недовольно шевельнулась.

– К чему вы клоните?

– Скажи, Странница, тебе их жалко?

– Кого? Ходячие Цветы?

– Нет, людей.

Я остановилась, Искательница тоже. Дом всего в паре кварталов. Скорей бы от нее отделаться; хотя вряд ли, наверняка напросится в гости. Однако вопрос застал меня врасплох.

– Людей?

– Да. Тебе их жалко?

– А вам?

– Нет. Это дикая раса. Чудом не уничтожили друг друга.

– Не все из них были плохими.

– Люди генетически предрасположены к насилию. А ты их жалеешь.