— Ладно, план «А» провалился, переходим к плану «Б» — Арт развоплотил прицел и лазерным клинком срезал приклад и половину ствола, превратив винтовку в обрез. Убрал в кожаный чехол и забросил на ремне за спину. Один антимагический патрон там есть, может быть пригодится.

Слеветировав с башни на землю, Арт двинулся ко входу в штольню не обращая внимания на завывание труб и грохот барабанов — имперская армия спешно готовилась к бою но это было уже неважно. Вряд ли через десять минут от нее останется хоть что-то

Спустившись в шахту, Арт сделал несколько глубоких вдохов-выдохов и подойдя к заранее разведанной жиле, положил руки на обнажившийся пласт породы манстоуна. Порода засветилась, где-то на границе яви и небытия позади и над головой Артиса Де Адда, набухали туго свернутые пласты воображения и магии, один за другим на границе сущего громоздились подвесы и каскады, а вокруг проседала земля. Тысячи тонн породы манстоуна, которую можно было добывать годами, превращались в голубую пыль. Земля вокруг рудника оседала и проваливалась вниз, с потолка сыпались камни, но Арт на эту ерунду внимания не обращал. Он пропускал сквозь себя мегаватты магической энергии формируя на границе сознания уже не отдельные заклинания или какие-то боевые конструкты, а целые пласты полуоформленных идей и концепций и едва ли не готовые реальности, упакованные в тугие свертки.

Мозг плавился, нервы трещали, глаза светились, Арт буквально видел как по его венам, струится чистая магия. Неустойчивые воображаемые концепции норовили рассыпаться, удерживать их было сродни попыткам построить замок из сухого песка, воображение конфликтовало с реальностью, и последняя активно сопротивлялась пытаясь вогнать мысленные конструкты в рамки жесткой трехмерной физики, но на помощь пришло не так давно конфискованное у профессора На Деля, психоделическое курево.

Оторвав одну ладонь от светящейся жилы манстоуна, оставив на камне прикипевшие к нему клочья кожи, Арт вынул из кармана сигарету и коснувшись кончиком пальца, поджег ее. Затянулся, затем еще раз, и стало немного легче. Он чувствовал как ядовитый дым расползается по легким, скользит по венам и забирается в мозг, окутывает мягким туманом сознание, и стены, которые казалось только что окружали Арта со всех сторон, сжимали, не позволяя втиснуть очередной воображаемый концепт, сначала теряются где-то в густом дымном мареве, а потом и просто исчезают.

Рассыпающаяся на куски и не влезающая в голову сборная конструкция из фантазий наконец перестает трещать а всплывающие из глубин памяти и воображения концепции, фантазии и даже несформированные идеи легко перетекают сквозь ту незримую границу, которая отделяет существующее от несуществующего, а где-то на границе слышимости звучат первые аккорды далекой мелодии.

— О, музычка пошла — усмехнулся Арт едва не провалившись в появившуюся в скале пустоту, образованную исчезнувшим пластом породы манстоуна. Сделал еще одну глубокую затяжку, отшвырнул окурок вынул из кармана вторую сигарету и закурив, побрел к выходу из шахты, кивая головой в такт непонятно откуда играющей музыке и понимая что времени у него не так уж много. Надо бы добраться до императора к припеву…

Шахту завалило, потолок обрушился, подняться наверх было попросту невозможно, но само слово «невозможно» сейчас казалось Арту предельно глупым и наивным, как и вообще само понятие «слово». Зачем они, слова? Зачем выражать мысли словами если можно просто мыслить в реальность? А вообще, зачем нужна эта реальность, если она настолько ограниченная? Такая куцая и убогая, словно обрубок чего-то большего, бесконечно огромного, намного превышающего космические масштабы… Где-то на задворках осознания словно пузырь из под воды всплыла непрошенная мысль, разлетевшись брызгами абстракций и Арт придавил ее волей, погружая обратно, куда-то в глубинную темноту, откуда уже тянулись щупальца бреда, страхов и сомнений. Граница между сознание, подсознанием и возможно даже коллективным человеческим бессознательным, если оно существует, стремительно истончались, точно так же как и барьер между бытием и небытием. Надо было ускоряться.

Арт нервно дернул мыслью превращая гранитные глыбы в жидкую лаву и образуя прямой коридор а под ногами создавая ступеньки лестницы, первые штук десять, пока не понял насколько глупо задавать вектор перемещения перебирая ногами, вместо того чтобы направить себя в нужную точку мыслью… После этого озарения он сначала полетел, прожигая перед собой гранитный завал, а потом просто приказал ему не быть…

— Черт возьми что происходит? — озвучил наконец общую мысль Ле Вин.

Ланте сразу же после вероломного нападения на императора взмыл в небо к свои летунам и повел клин в атаку на рудник, в котором засел мятежный принц. Приказы были отданы, император едва ли не визжа и брызгая слюной сквозь забрало шлема поднимал бойцов на бой, но пока неповоротливая армия приходила в движение, ворочаясь и подтягиваясь, впереди что-то происходило.

Земля вокруг территории рудника резко просела образовав огромный овраг и подняв облако пыли, скрыв рудник словно за дымовой завесой, и судя по всему продолжала осыпаться, словно где-то глубоко внизу, образовалась огромная дыра.

Воздух над рудником дрожал, словно летом над раскаленной булыжной мостовой, облако взметнувшейся пыли клубилось завихрениями, как будто в тумане извивались гигантские щупальца и у архимага зашевелились волосы на голове, когда он даже с такого расстояния почувствовал как немыслимые количества магической энергии мощными толчками перекачиваются куда-то за пределы бытия, чтобы оттуда вернулось… Что-то. Что именно Ле Вин пока не понимал, но чувствовал как задвигались поршни, и набирая обороты завертелись гигантские шестеренки всего мироздания, с хрустом переламывая зубцы и перестраиваясь под новые правила бытия, там над глубоким провалом, оставшемся на месте рудника, реальность мерцала и двоилась.

Ле Вин однажды посещал новомодный театр подвижных картинок, там на стену светили фонарем сквозь рисунки на прозрачной бумаге и на стене появлялись подвижные изображения. Сейчас то что он видел, походило на две таких вот проектируемых картинки с разных устройств на одну сцену, которые словно бы пытались друг на друга наложиться. Что-то происходило но черт возьми что?

— Это гром? — удивленно прогудел из под шлема император.

— Нет — покачал головой Ле Вин начиная понимать что происходит — это музыка.