— Мы и дальше будем болтать или убьём их? — облокотившись на перила, ведущие на корму, произнёс я с ленцой в голосе. — Наши вон во всю веселятся, а мы что, рыжие?

Бывший член ордена «New свет», оскалившись, бросился вперёд.

— Вот это я понимаю дело. А то бла-бла, бла-бла.

Когда мы приблизились, все четверо выпили по флакону. Мы сразу же отступили назад. Каким бы сильным бойцом ни был мой друг, против аналога «Фуерза», а в том, что это был именно он, я не сомневался, обычный человек мало что сможет сделать.

— Ну так не честно. Вас и так вдвое больше, так ещё и зелья пьёте.

В следующую секунду их глаза расширились, а дыхание стало тяжёлым. Они разошлись в стороны, дабы не мешать друг другу.

— Лови, — кинул я ему «Фуерза», — а то чего я опять один веселится буду.

Задавать лишних вопросов он не стал, а одним духом выпив содержимое, бросился в атаку, впрочем, я также не стоял на месте.

Я взял на себя тех, что были слева, а Арман с тем, что был самый крупный из них, атаковал моего приятеля.

На узкой палубе кормовой надстройки началась ожесточённая схватка. Места было крайне мало, и развернуться в полную меру не выходило. Ввиду чего нам пришлось встать спина к спине, окружённые четырьмя вражескими рыцарями. Их клинки сверкали в воздухе с невероятной скоростью, отражая последние лучи заходящего солнца. Но и наши не отставали. Хочу заметить, этот их эликсир ничем не уступал тому, что я дал приятелю. Похоже, легко не будет.

Первый натиск противника встречает Этьен, мастерски отражая атаку тяжёлого меча одного из подручных Армана. Я же, используя свой более лёгкий и длинный клинок, стремительно атаковал другого противника, заставляя его отступить. На палубе звякают доспехи, раздаются крики и звон стали. Но когда началось сражение на корме, всё стихло, потому как все устремили свой взор на невероятную битву, в которой почти было нереально разглядеть людей, так стремительно они двигались.

Внезапно один из рыцарей пропустил мощный удар в плечо от Этьена и, потеряв равновесие, выпал за борт, в полёте стукаясь головой о поручни. Пока все отвлеклись, я, воспользовавшись моментом, провёл серию быстрых атак, заставляя своего противника отступить к борту. Далее, напитав ногу энергией, вдарил прямо в живот. Воин явно понадеялся на доспех, так как даже не попытался уйти от моей атаки или как-то блокировать её. Из-за своей самонадеянности он, как и его собрат, не устоял на ногах, получив сильнейший удар. И вот боец с криком летит в воду.

Теперь наших противников осталось двое, и мы сошлись в парах. Арман де Голь, сражающийся рядом с последним рыцарем, демонстрирует незаурядное мастерство, я прям под впечатлением. Он легко отразил все мои атаки. Но вот его товарищ оказался не столь выдающимся мечником и, не выдержав натиска Этьена, падает, получив смертельное ранение в шею.

Далее мы, окружив Армана де Голя, начали наносить удары, стараясь лишить его сил и оружия, но не жизни. Тот, понимая безвыходность ситуации, опускает оружие и подставляет голову под меч Этьена, желая таким образом уйти из жизни. Ага, сейчас. Нашёл дураков. Мой приятель останавливает клинок в каких-то пяти сантиметрах, а затем ударом ноги отправляет его в объятья Морфея. Благо на нём был шлем, иначе он ему голову бы оторвал.

Сражение заканчивается нашей победой не только на корме, но и на всём корабле. Команда вражеского судна, осознав, что хозяева проиграли, побросала оружие.

Над обеими палубами раздался радостный крик сотни глоток, оглашая тем самым нашу победу.

Бой с четвёркой закованных в латы продлился всего семь секунд. Мне же казалось, что прошло не меньше десяти минут.

Ландкомтур ещё находился под действием «Фуерза» и едва мог сдерживать бурлящую в нём энергию. Из-за чего не знал, куда себя деть. Но постепенно всё проходит, как и прошло действие эликсира. Когда я это понял, то обратился к нему:

— Обыщи тела и забери флаконы. Надо будет их подробно изучить. Если всё нормально, оставишь себе для сражения с фанатиками.

Ну а как ещё можно их назвать, если они не хотят иметь дело ни с кем, кроме своего народа? По словам моего знакомого, на их землях не живут представители других национальностей. Здесь обитают исключительно французы или, точнее говоря, их потомки.

— Спасибо, Артур, — он, связав руки Арману, принялся за обыск. К нашему удивлению, их у них оказалось немало. Штук под двадцать точно нашлось у каждого. Вот только все они были разные как по цвету, так и по объёму.

— Артур, иди сюда, кое-чего покажу, — позвал капитан и скрылся вместе с Кроу в люке, ведущем вниз.

— Отведи его на корабль и приставь охрану. Предупреди их, чтобы никто, кроме меня, к нему не подходил. А то мало ли, Ланц захочет пообщаться. А нам этого не надо.

— Сделаю.

Сойдя вниз по лестнице, я прошёл сквозь ряды связанных моряков. Какой-либо злобы в их глазах не увидел. Похоже, они не из «Нового света», а так, нанятая команда. Спустившись в люк и пройдя по коридору, где в конце обнаружилась ещё ступени, ведущие на нижнюю палубу, я оказался в огромном трюме, где увидел печальную картину: несколько сотен людей сидели в одной большой клетке. Вонь стояла невыносимая.