Когда Пепла удалось угомонить, Эрселин посерьезнела и вернулась к теме:

— Дени, боюсь, теперь Шоргуа не остановятся, пока тебя не достанут.

— А откуда бы им знать, что это именно он отличился? — удивился Дари.

— Узнают. Для семьи это теперь дело чести.

— Потому что тот говнюк — племянник Шорга?

— Нет. Потому что наследник. А это значит самый сильный дар в роду.

— Н-да… Слышал я что-то такое. В смысле, что у вас родство не важно. Только сила дара.

— Так и есть. Только не «у вас», а «у них». Я Ретенауи.

— Ага. Понял. Вернее, как раз не понял. А почему не как у всех?

— Шоргуа когда-то почти вымерли, знаешь? Как Ретенауи сейчас…

— Да нет, эти еще не успели. Ворон на мертвяка не сильно похож, особенно когда материть начинает…

— Эрдари, успокойся, а? — повернулся к нему декан. — Не мешай.

— Ага, сейчас. Успокоюсь, в смысле. Это у меня нервное, тяжелый день, знаете ли.

— Все? — уже с угрозой в голосе поинтересовался Валент.

— Все, — согласился Пепел от греха подальше — угроз он не любил ни в каком виде, даже несерьезном. — Так что там про Шоргуа?

— Когда восстанавливали род, в него собрали лишь тех, у кого был явный ментальный дар. Только их, никого больше. И чем он сильней, тем выше было положение в семье.

— Подожди, — вспомнил Дари. — А ведь до этого он как клеймо был. Такой дар.

— Именно. Но Шоргуа сделали его своим главным достоинством. Традиция с тех пор и осталась — во главе рода всегда самые сильные. Всегда. А одного из них сегодня убили, да еще и так… просто. Нет, точно не спустят.

— Переживу, — отмахнулся декан. — Поверь, среди моих личных врагов Шоргуа даже не номер первый.

Пепел быстренько перебрал в памяти все нашумевшие за последнее время… ээ… происшествия, сопоставил их с возможной табелью о рангах Валента и вдруг, сообразив, восхищенно присвистнул:

— Так в Пашунте, выходит, ты отметился? С…

— Без имен!

— Ага, понял. Но охренеть. С учетом того, что у тебя… другая специализация. Так ты после этого поменял вольные хлеба на надежные академические стены? Все! Все, молчу, не мое дело. Но, демоны, выходит, с напарником мне повезло даже больше, чем я думал.

— Так, — сменила тему ресса. — А что мы делать будем? Сейчас?

— Для начала в себя придем, — охотно переключился Пепел, — Мы, бедненькие, сегодня вообще глаз не сомкнули — то от полиции бегали, то всякую немочь из дерь… из неприятностей вытаскивали. Пожрать нормально и то времени не было…

— Погоди, Эрдари. Кого вытаскивали? Откуда?

— Ресса, а давай так… Ты ведь наверняка знаешь, где здесь хорошо кормят?

— Н-ну… знаю.

— Скажи кучеру, пусть остановится где-нибудь рядом — вряд ли стоит тащить к нашему укромному гнездышку человека, видевшего, насколько близко к Шоргуа мы сегодня воздухом дышали. Так?

— Так, — согласился Валент.

А Эрс уточнила:

— У вас уже и гнездышко здесь есть?

— Укромное, — подтвердил Пепел. — Короче, экипаж точно нужно сменить. И пока вы этим занимаетесь, я загляну к здешним поварам и посмотрю, что они согласятся завернуть нам с собой. Наверно, меня придется немного подождать, но господин декан как раз успеет все тебе про нас рассказать. Идет?

В общем, к домику на Зеленой они подъезжали сменив три экипажа и с огромным пакетом еды, выбранной лично Пеплом — то есть со знанием дела. А уже возле пансиона их ждала еще одна радость: вместо четырех соглядатаев осталось двое — в самом начале и в конце улицы. То есть жизнь потихоньку налаживалась…

Перед ужином Валент в образе слуги невидимкой прошелся по Зеленой улице сначала туда, потом обратно, убедившись, что все тихо, и соглядатаев действительно сняли, а не отправили за подмогой. Пепел с той же целью слазил на крышу их домика, рассчитывая проверить оттуда соседнее здание. Ну и окрестности заодно обвести наметанным взглядом бывшего уличного мальчишки. С выводом декана он согласился — пока все чисто. Часть постов убрали, видимо решив, что держать их в этом месте и дальше — глупость. Пепел бы тоже так решил, причем еще вчера. Возможно, скоро снимут и оставшиеся — их компания особых подозрений не вызвала. Хозяйка пансиона, госпожа Шарот, уже все уши соседям прожужжала о приехавших в гости столичных рессах с собственной очень приличной прислугой. И жужжала, видать, со знанием дела — подозрений версия не вызвала ни у кого.

Ужинать всей странно сложившейся компанией сели в гостевой столовой на втором этаже и относительно успокоенные. По крайней мере, насчет сегодняшнего дня — точно. Тем не менее, беседа упорно не клеилась — собравшиеся исподтишка, но внимательно рассматривали друг друга, получив, наконец такую возможность.

А разговор первой и очень неожиданно начала ресса:

— Почему ты до сих пор не принес ей клятву? — за тоном, которым Эрселин задала вопрос Шоралту, явно угадывалось что-то личное.