— Ворон? — Валент обернулся к Ретену.

— Хорошо, — кивнул тот. — Передам, чтобы поискали. Телеграммой передам.

— В петле поискали? — очень напряженно спросила Эрс.

— Конечно. Если мы все правильно поняли, отметился там кто-то из Шоргуа. Так, ресса?

— Из сильных Шоргуа, — кивнула она. — Очень сильных.

— Вот и проверим.

Ретен начал подниматься:

— Мне придется вернуться в Реску. Основное расследование развернется в столице. Эрдари, ты едешь со мной.

— Разумеется, — почесал тот нос. — Только не еду, а меня везут. Трупом.

Вообще-то, Пепел рассчитывал, что Ретен хотя бы растеряется, но тот лишь хмыкнул, заставив парня поморщиться:

— Что? Небось давно мечтал, папенька?

— А как же, — не стал отпираться ресс. — Это ж действительно мечта. Тихий, спокойный, не дерзит, ни во что не лезет… Нет, идея мне определенно нравится. В целом. Но я бы хотел разобраться и в деталях. Зачем в столице твой труп?

— О! В точку. Именно так. Вся Реска должна узнать о моей безвременной кончине, — Дари мечтательно закатил глаза. — Хорошо бы всеобщий траур объявить…

— Обойдешься. Сначала стань членом правящей семьи.

— Это, в том смысле, чтобы на дочке императора жениться? Не, не могу. У меня уже Рин есть.

— Ээ… — Ресса решила, что пора вмешаться. — Не пойму, вы серьезно?

— Угу. Нашему прохвосту понадобилось инсценировать свою смерть.

Пепел энергично закивал, подтверждая:

— Точно.

— А зачем?

— Вот это он нам сейчас и объяснит. Очень надеюсь, что внятно.

Пепел почему-то почувствовал себя словно перед докладом у занудного и педантичного мэтра Часми, главы кафедры ненавидимой им риторики и древних языков. Но быстро встряхнулся, отогнал наваждение и попробовал донести свои не слишком однозначные идеи максимально убедительно.

— Смотрите, мы собирались приехать в Сонресорм, послоняться там какое-то время, разведать общую обстановку — без особой конкретики — и попробовать половить кого-нибудь на живца. То есть на меня. Так?

И дождавшись пары кивков от скептически настроенных слушателей, продолжил:

— А в итоге вместо живца из меня получилась мишень, — Пепел задумчиво почесал нос. — Тоже, кстати, ничего — как вариант. Можно бы и с этим поработать и чего-нибудь выудить, если бы не одно «но».

— Слишком крупной эта мишень получилась, — продолжил его мысль Валент. — Если по тебе и дальше продолжат лупить настолько серьезно, устанем трупы собирать.

— Во-от! Вот именно!

— Угу, — заломил бровь Ретен. — А еще… могут ведь и попасть. Даже не смотря на твою везучесть.

— Везучесть? — Дари попытался повторить трюк с бровью, но вместо этого зашипел от боли. — Серьезно? Вот это вот — везучесть?

Он недоуменно обвел взглядом палату, явно имея ввиду не только себя, но и остальных пострадавших в катастрофе. И поймал жесткий взгляд ресса:

— Все могло закончиться гораздо хуже! Спасибо капитану, державшему управление до последнего.

— Погиб? — притих Пепел.

— Погиб. И те, кто был с ним в рубке тоже. Зато пассажиры выжили все. Правда, много раненных.

— И я в том числе. Ну, и в чем тут везение?

— Эрдари, дирижабль загорелся и упал, но при этом из пятидесяти человек на борту погибли четверо, а половина даже не пострадала. Так что ты не просто везуч, ты фантастически удачлив! Я вот думаю, не поискать ли у тебя третий дар? А? Где два, там и три.

— А где три, там может и еще чего обнаружится, — хмыкнул Валент.

— Чушь, — отмахнулся Пепел. — И вообще, речь сейчас не об этом, а о мишени. Я тут подумал, а что если перевести ее, то бишь меня, в отстрелянные?

— Почему нет? Имеет смысл, — первым откликнулся Штопор. — По крайней мере, имперские дирижабли точно целее будут.

— Если оно, конечно, прокатит, — добавил скепсиса Ретен.

— Прокатит, — а вот Пепел глядел в будущее с оптимизмом. — Смотрите, как все замечательно складывается: и в госпитале меня уже похоронили, и морду узнать невозможно…

— Почему? — удивился ресс. — Вполне узнаваема.

— Папенька, про тебя разговора нет, ты меня и до кос видел. А вот ресса Эрселин, к примеру, узнала бы меня сейчас? Увидев мельком и не приглядываясь?

Та пожала плечами, но скорее соглашаясь с Пеплом, чем наоборот.

— Ну… Возможно в этом что-то есть, — подумав, кивнул Ретен. — Похож ты сейчас именно на то чучело, что я встретил в Прауте три года назад, а не на четвертого ресса старшего рода.

— Господин Валент, — обернулся Дари к непривычно молчаливому декану, — а вы, как специалист в таких вопросах, что скажете?