— Их пять: нанайский, китайский, бохайский, удэгейский, русский.

— Вот оно что? Так вы из Дальнего Востока? А вы, наверное, господин Муравьёв? Я помню вас. Нас представляли, но мельком. Нам не удалось тогда пообщаться. Как вас угораздило попасть на этот удивительный корабль? Вы прямо из Иркутска?

— Из Иркутска в Охотск, из Охотска в Находку, из Находки сюда на этом корабле. Нам бы поговорить тет-а-тет, ваше превосходительство.

— Однако я хочу осмотреть этот чудо-корабль, Николай Николаевич. С вашего позволения, конечно, ваше Величество.

Санька был одет в песцовую шубу из-под которой выглядывало офицерское платье с галунами и с золотыми «коронованными» пуговицами.

— Тут, в общем-то, и смотреть нечего, — пожал плечами. — В трюма, машинное отделение, орудийные погреба, я вас не пущу. В командирскую рубку тоже. Остаются каюты экипажа, камбуз и палуба от сих, до сих. На корму вас тоже не пустят. Там секретный летательный аппарат. Как то так…

— Но, как же досмотр? — растеряно проговорил великий князь и контр-адмирал.

— Смотрите, но пока вы не поговорите с господином Муравьёвым, вы ничего не поймёте. Он сорок суток шёл на этом корабле от Уссурийского края и про Уссурийский край он и хочет с вами поговорить.

— Ну, хорошо, пошлите поговорим, только у меня на корабле. Что-то мне не нравятся ваши выкрутасы. То смотрим, то не смотрим.

Константин Николаевич недовольно повернулся на каблуках и кивнув сопровождающим его офицерам, снова собрался спуститься в шлюпку по трапу.

— Константин Николаевич, может быть лучше было бы на нашем корабле поговорить? Что ездить туда-суда? Заодно и осмотрите корабль. Вот в кают-кампании и поговорим. Только без ваших офицеров.

— Никак не возможно, — проговорил один из сопровождающих.

— Почему не воможно? Поймите, господа, если бы мы намеревались сделать дурное, то уже давно бы сделали.

Санька махнул рукой, пророкотала пушка АК-630 и возле «Улисса», стоящего примерно в миле от «Анадыря», вспенились взрывы.

— Убойная дальность пушки две мили. Если бы я хотел, то поразил бы ваши корабли много ранее, чем вы были бы готовы стрелять по нам. У нас нет намерений причинить вам зло. Просто есть конфиденциальный разговор. Вообще-то мы шли к Санкт-Петербургу. Это Николай Николаевич вдруг вспомнил, что вы в Свеаборге, а мне бы хотелось поговорить с вашим императором о военно-морских делах. А если вы тут, зачем идти дальше?

— Хорошо, — буркнул двадцатичетырёхлетний контр-адмирал. Его молодая бородка и усы недовольно топорщились. Глаза сузились. Константин Николаевич изволили гневаться.

— Господа офицеры, начните осмотр, а я скоро выйду и мы продолжим. Не думаю, что конфиденс продлиться долго.

Офицеры козырнули и прошли вслед за дежурным офицером в сторону столовой команды.

— Нам на палубу выше, — сказал командир корабля.

— Это вы со мной говорили по вашей, э-э-э, через что вы так громко говорили, господин капитан первого ранга?

— Мы вам потом покажем, — усмехнулся Сотников. — Всё покажем. Просто пока вы это не воспримете правильно. Нам сюда.

Вошли в офицерскую кают компанию, просторное, для корабля помещение со столом на тридцать персон и уголком с огромным настенным телевизором и креслами. Командир указал на кресло. Тут же на экране телевизора задвигались картинки, субтитры голос за кадром начал рассказ о русско-японской войне.

Это была десятиминутная нарезка из большого фильма.

— Я ничего не понял, — что это за фокусы? — спросил Константин Николаевич. — Откуда эти картинки.

Великий князь, сидел потный и мокрый, словно попал под дождь.

— Что это? Ведьмин фонарь? Колдовство? Я хотел бы уйти.

— Константин Николаевич, — взмолился Муравьёв, сам недавно испытавший подобный ужас. — Эти люди из будущего. И корабль из будущего. Но они хотят нам помочь выиграть войне с Британией и Францией. Она скоро начнётся. Буквально через два года. Надо подготовиться. Они помогут. У них много таких кораблей, я сам лично видел.

— Вы бредите, Николай Николаевич? — спросил Великий князь. — Какое будущее?

— Какое будущее? — усмехнувшись, спросил Санька. — А вот какое…

Он встал из кресла и подошёл к огромному шкафу-холодильнику. Открыл его и достал алюминиевую банку с пивом. Потом взял с полки с отверстиями высокий бокал и отдал его князю.

— Держите.

— Что это? Зачем?

Санька, не объясняя, потянул на себя колечко «открывашки», банка «псыкнула». Санька наклонил её над бокалом и янтарная жидкость полилась в прозрачную ёмкость.

— Что это? — прошептал князь

— Пиво. Попробуйте.