Что это? Флейт двинулся на нас? Пушки с острова ещё раз выплюнули кружащиеся книппеля, что протяжно гудели в воздухе. Чу! А вот летит-гудит прямо в ме-е…

Место действия: у города Шавли (земли Речи Посполитой).

Время действия: сентябрь 1604 года.

Виктор Вайс, герцог Виргинский, попаданец.

На Москву ещё месяц назад из Виндавы ушёл российский полк нового строя. Школа подготовки мушкетёров продолжает работать. Уже сменился начальник и поменялись офицеры, но суть та же. Сделать за год из толпы грозное подразделение, которое могло бы и обороняться, как стрельцы, и наступать строем, как испанские терции.

По большому счёту полк получился сырой. Нужно солдат не год готовить, а хотя бы два. Чтобы могли уверенно строй держать, а не останавливались бы при первом полевом препятствии. Ведь одно дело маршировать на плацу и совсем другое идти строем по пересечённой местности с оврагами, речками, болотом, кустарником, ямами. А эти курсанты только и были в поле на паре зимних и летних занятий, где прошли строем с версту да и пальнули залпом по тренировочному забору. Со ста метров из десятка выпущенных пуль хорошо половина во «вражеский строй»(забор) попадала. Остальные пули улетали неизвестно куда.

Но, учить солдат два года, чтобы их потом вести на убой под пушки и атаки гусарии вряд ли кто станет. Года достаточно. Сошлись два полка в поле, стрельнули в друг друга раз-второй. У кого нервы послабее или у кого командиров убило, те и бегут.

У моих солдат с нервами всё нормально. По совету Ивана Заруцкого, я после прибытия из кругосветки сделал роту егерей, куда собрал всех лучших стрелков Меховой компании. И купил им на «лёгкие деньги» дорогущие штуцера. Заряжать нарезной мушкет было для них поначалу сущей пыткой. Но, потихоньку-полегоньку егеря научились делать перезарядку за минуту. Кто-то чуть быстрее, кто-то чуть медленнее. Не суть. Егеря стреляли не строем, а по готовности. Они начинали стрельбу, когда до противника было триста шагов и можно было чётко отличить офицера от рядового солдата.

Было в предложении Заруцкого, что-то непотребное, что-то порочащее мою офицерскую честь. Но, дядька Иван назвал меня тогда соплежуем и сказал, что нужно беречь своих солдат в бою. Не допускать, чтобы они гибли, как бараны на бойне. Если у противника выбить всех офицеров и капралов до их первого залпа, то можно победить вообще без потерь. Ведь рота без командиров — это просто толпа, которая побежит не зная, что делать. И действительно, егеря в драгунском рейде пару раз выбивали всех командиров, обращая простых солдат в бегство.

А я в начале этого месяца взял крепость Шавли. Дело было так. В эту крепость, родовое гнездо Ходкевичей, назначили нового военного коменданта молодого Яна Ежи Радзивилла. Его не взяли на «полевую» войну и парень с собутыльниками заливал горе вином в компании доступных женщин. Полк моих драгун был в полусотне вёрст от Шавли и противник не ожидал неожиданного нападения. Ведь перед крепостью на дорогах стояли польские разъезды. Мы двумя ночными переходами незаметно для врага почти дошли до Шавли, затихарившись в ближайшем от города лесочке. Наша разведка взяла без боя в плен прикорнувший у реки конный разъезд. Старший из пленных капрал Шикльгрубер рассказал всё что знал. В крепости на стенах двадцать две пушки мелких калибров. Гарнизон: хоругвь крылатых гусар Радзивилла пятьдесят бойцов и пятьдесят их пахоликов; сотня польских мушкетёров, сотня городской наёмной охраны, сотня канониров на два десятка крепостных пушек и две сотни плохо вооружённых ополченцев. Шесть сотен в крепости против моих пяти.

По слухам, молодой Радзивилл не доверял городской охране и поручил охрану стен польским мушкетёрам. Сам же кутил с гусарами, уничтожая запасы винного погреба Жемантийского старосты Яна Кароля Ходкевича, который был со своими гусарами в Вильно.

Ворота и башни хорошо охранялись, но протекавшая сквозь крепость речушка Вийоле, как сказал капрал, представляла опасность для защитников. Решётку на выходе реки из города три дня назад заклинило. Послали за новой цепью в Вильно, но никто пока не приехал. Речушка полуметровой глубины и застывшая сверху решётка могли стать ключом от крепости.

Как стемнело, то два десятка моих самых отчаянных рубак, во главе со «следопытом» Головой, вошли в реку и, стараясь не шуметь, дошли до стен города. Факелы над воротами слабо освещали пространство. Два десятка мушкетёров были зарезаны без звука и только опускаемые ворота привлекли внимание дежурного офицера. Дежурный горнист протрубил тревогу, но было уже поздно, наши ворвались в Шавли. Пленный Адольф Шикльгрубер накануне нарисовал план города и пометил размещение крылатых гусар во главе с Яном Радзивиллом. На всякий случай отметил и дом командира городской стражи.

Через десять минут после сигнала тревоги по улицам разъезжали мои драгуны, подавляя любое возникающее сопротивление и сгоняя пленных на главную площадь. Всех взяли без особой борьбы. У нас было трое легко раненных, у поляков с полсотни убитых. Молодого Радзивилла взяли в постели. Большинство гусар тоже дрыхли после пьянки. В городе мы нашли запас в несколько десятков бочек пороха, склад забитый мешками с зерном, и три тысячи талеров(два ящика) в кабинете Ходкевича. Удачно мы зашли на огонёк.