Гусары, как нож сквозь масло, прошли через рейтар и пехоту, круша всех на своём пути. Шведы бросились бежать к горящему мосту.

Место действия: вблизи крепости Венден (Задвинское герцогство Речи Посполитой).

Время действия: январь 1601 года.

Карл, наследный принц-регент Шведского королевства, герцог Сёдерманландский.

Весь прошлый год я наводил в Швеции порядок. Сначала рубил головы в Виборге (авт. так называли Выборг). Потом в Линдчёпинге, казнил Лорда-канцлера Швеции и других сторонников польского короля Сигизмунда. А тут и война подоспела. Сигизмунд объявил Ревель и Эстляндию своей землёй. Наглец! Мне пришлось спешно собирать армию и плыть за море.

Большая часть войск Речи Посполитой была занята войной на юге в дунайских княжествах Валахии, Молдавии и Трансильвании. В Задвинском герцогстве находились лишь небольшие отряды поляков. Они храбро сражались, но нас было больше, и мы сумели дойти до Вендена. Мне сказали, что нам навстречу из крепости вышли несколько гусарских хоругвей и рота пехоты. Генерал уверял меня, что он уничтожит неприятеля за пару часов боя даже без пушек.

Но всё пошло не так. Рейтары не смогли сдержать атаку гусарских хоругвей и пустились в бегство. Тяжёлая конница почти всегда продавливает более лёгкую. Вид отступающей кавалерии удручающе подействовал на боевой дух пехотных батальонов. Они начали бежать ещё до столкновения с врагом. Разгром был полным. К тому же, мост через реку сожгла зашедшая нам в тыл пехота противника. Оставался один путь спасения — перейти реку вброд, так как лёд был непрочным после недавней оттепели. Но у брода стояла рота мушкетёров с парой пушек. Засада. Если бы настроение у моего войска было боевым, то можно было бы бросать на врага сотню за сотней, пока он не будет уничтожен. Но, из храбрецов оставалась только сотня моей конной гвардии поэтому я решил возглавить атаку сам. Или позорный плен и, прощай, корона! Продиктовал, на всякий случай письмо моей супруге Кристине. До нашей свадьбы, она была брошенной невестой короля Сигизмунда и, поэтому, люто ненавидела его. Я попросил жену взять власть в свои руки и объявить королём нашего единственного сына Густава. На этом всё. Целую письмо и отдаю его генералу.

Погони не было. Гусары бросились грабить обоз. Мы подъехали к берегу небольшой реки. Враг не отрыл огонь. Более того, к их берегу подошёл офицер и громко представился. Иван Заруцкий, член Правления Курляндской Меховой компании. Я встречался с ним несколько раз. Наши совместные предприятия процветали. Я тоже спешился и подошёл к реке. Он уже знал от пленного, кто едет к реке и решил пропустить нас. Заруцкий предложил нам выстрелить в воздух, перезарядиться, если хотим, и перейти реку в брод, без помех с его стороны. Что ж, пожалуй, это выход. Клубы дыма от выстрелов покажут противнику в лагере, что на реке идёт бой. Разумно. На него никто не подумает. Стреляем, перезаряжаемся и входим, ломая тонкий лёд в холодную воду. Хорошо, что речка маленькая и не больно глубокая. Даже наша пехота сможет переправится. Раскланиваюсь с Заруцким, и тот прощальным салютом даёт холостой залп из своих пушечек. Алиби у него в кармане.

Место действия: Лондон.

Время действия: январь 1601 года.

Виктор Вайс, попаданец.

Пребывание в Лондоне натолкнуло меня на несколько любопытных мыслей. Вот интересно же голова устроена у человека. Может сто раз проходить мимо какого-то предмета и ничего, а тут идёт, увидел и выстроилась эта самая цепочка в мозгу. И от одного к другому натолкнуло на замечательную идею.

Пони мы увидели на одной из улиц этого грязного, как и море в порту, города. Мусор везде, вонь от гниющей рыбы и ещё чего-то не менее мерзкого. Ну, да ладно. Пусть живут в грязи и болеют. Туда им наглам и дорога. Так про пони. Она тут была, чтобы детей катать. Сажают малыша на мохнатую лошадку, и она по кругу ходит привязанная к столбику, что забили в землю. В землю, в землю. Большинство улиц в этой столице мира не замощено и после дождя, как сейчас, идёшь как по мокрому вспаханному полю. Грязь. Ну, да говорил уже.

Вот тут мне и пришла в голову мысль. Я ведь моряк… Был моряком. Да, как давно это было. Морской корпус, Санкт-Петербург, 11 и 12 линии. Молодость. Выпускной бал… Эх, опять понесло.

Так про мысль. Нам же преподавали историю развития флота. И вот там между парусным флотом и настоящими пароходами был интересный загиб, про которой быстро забыли. К морским судам он не имеет никакого отношения. Пользовались таким движителем только на реках. А в России матушке в основном на Волге. И движителем являлись лошади. А суда назывались коноводными.

Сначала лошадок пытались заставить работать, пуская их по кругу, но вскоре от этой идеи отказались, лошади быстро уставали, а судно получалось слишком широким. Этот кусок мы пропустим, нечего чужие ошибки повторять. А ведь хорошо нам вдолбили эту историю. Стоило мне закрыть глаза и всплывают строчки, записанные в конспекте: «В 1811 году французский механик Жан-Батист Пуадебар изобрёл специальный ворот, приводимый в движение лошадьми (такой ворот называли кабестаном)…». И уже вскоре такие суда ходили по Волге и Каме.