В интонациях паучихи не было торжественности, возвышенности или призыва к действию — лишь сухая констатация фактов. При этом весь мой скепсис улетучился — я верил каждому произнесенному слову. Это восьмилапое отвратительное, но в то же время грандиозное создание вдруг предстало предо мной в образе вселенской непогрешимой истины. Все слова казались чистейшей правдой: такой, какую любящая мать сообщает своему чаду, когда говорит, что он для неё самое ценное, что есть в этом мире.

Я, широко раскрыв глаза, — будто это помогало лучше слышать — завороженно, благоговейно внимал и всеми силами, которые мне отвела природа, старался не упустить даже мимолетной фразы. Доверие к паучихе было абсолютным, и если бы она сейчас сказала, что я должен раскурочить свою грудную клетку и вырвать бьющееся сердце, то я, не задумываясь и не сомневаясь, сделал бы это.

Увидел, как капли наполнились привычным розовым цветом. Наваждение схлынуло.

— Что это? — я отшатнулся. Даже в момент, когда я падал в горную реку, когда на меня впервые неслось разъяренное животное или когда на Землю пришли мутанты, мне не было так страшно. Меня превратили в покорное бездушное чучело, способное по первому приказу убить любого, включая ближайших родственников. Жуткое состояние…

— Ты не хочешь быть марионеткой. Похвально.

— Что это было? — повторил я.

— Воздействие на твой обонятельный канал восприятия, — призналась паучиха.

— От этого можно защититься?

— Конечно. Достаточно не дышать. Но ведь есть ещё зрительный, тактильный, пространственный и прочие каналы. Против них задержка дыхания не поможет. Есть умения игроков: их ауры, таланты, характеристики, классы. Есть специальные предметы и навыки. Есть системные явления. Абсолютной защиты от всего не существует. И это я перечислила только те вещи, которые влияют на твои эмоции. Но ведь можно использовать и иные способы.

— Какие?

— Например, боль. О, Снежный Барс, с её помощью можно добиться колоссальных результатов! Особенно с новоявленными игроками человеческой расы. Или логика. Её тоже не стоит сбрасывать со счетов. Убедительная аргументация и игра на психологических особенностях индивида способны переубедить кого угодно и в чем угодно. Но я не могу воспользоваться ничем из этого, так как администрация наблюдает за нами. И я ещё раз прошу прощения, — она обозначила нечто вроде поклона.

— Благодарность, которую я испытываю за демонстрацию… Она моя или наведенная? — я слегка улыбнулся. Реверанс в исполнении огромной паучьей туши смотрелся забавно. — И то, что я вижу вокруг только белое пространство — оно существует или ты внушила мне такой образ?

— Твоя. И существует. Но на данном этапе развития проверить ты это не сможешь.

— Понятно. И ты могла в любой момент сделать так, чтобы я поверил тебе?

— Да. Но мне это ненужно. Я лишь хотела посмотреть на тебя, новоявленный инициализированный. И своё любопытство я удовлетворила.

Осознав, что её рассказы об особенностях нового мира не более, чем личная прихоть, я склонил голову. Не знаю, поймет ли паучиха этот жест, но хотя бы уловит эмоциональный посыл. Сейчас любая информация, даже неструктурированная и урезанная, важна, как глоток свежего воздуха для утопающего.

— Молодец! — похвалила она. — А теперь касательно твоего неверия, что ты самый-самый, — передразнила паучиха. — Пространственные бреши бывают разными. Через год, если выживешь, ты к ним привыкнешь. В одних могут находиться миллиарды тонн крафтовых материалов. В других — редчайшие способности. В третьих — игрок найдет только своё обнуление. А есть и такие, в которые невозможно войти, не раздобыв определенный артефакт.

Теперь я тщательно впитывал новые знания. А ведь, если подумать, мне уже рассказали о многом, но, правда, без конкретики.

— Инстанс — это тоже пространственная брешь, — продолжало существо. — Для его появления должны быть выполнены особые условия. Про них я пока что не могу сказать, ведь это грозит обнулением, но те тебе, а мне. Но кое-чем всё же поделюсь. Хотя крайне маловероятно, что ты когда-то ещё столкнешься с подобным, поэтому данная информация для тебя бесполезна. Но так ты поймёшь, в чем прелесть этого места и почему я сказала, что ты совершил немыслимое.

Я только сейчас обратил внимание, что перед моими глазами не висит никаких символов.

— Интерфейс вернется, — отмахнулась паучиха. — Итак, инстанс, — она обвела лапой пространство. — Особый тип провалов, который не выпустит тебя, пока все задания не будут завершены.

— Что за задания?

— О, ты их уже выполнил, — паучиха указала на пять черных клякс. — Обыкновенное сражение с мобами.

— Я ничего не помню.

— И не должен, ведь ты в этот момент был без сознания.

— Эммм… И как я тогда сражался с ними?

— А в этом первая особенность: чем ты слабее, тем проще битва и тем выше приз. Идеальный вариант для человеческой особи — сломанные конечности и истощенный организм. Этот показатель ты перевыполнил, — в голосе паучихи прозвучала усмешка.