И в самом деле, так и было. Сегодня Люда почувствовала, что день прошёл очень плодотворно, и многие проблемы решились. И если таким будет каждый день, к здешней жизни она быстро привыкнет…

— Саша, а ты родителям сказала, что у нас ночевать будешь? — спросила мама, раскладывая яичницу с беконом по тарелкам.

— Угу! — согласилась Сашка, с жадностью посмотрев на еду. — Они разрешили!

После ужина побегали поочерёдно на беговой дорожке, потом завалились в кровать. Смелая, как и хотела, угнездилась у стенки. Тихо играла аудиосистема, в темноте по потолку бегали огни от разноцветных лучей лазерной цветомузыки.

— Сотка, что с тобой? — неожиданно спросила ковырявшаяся в телефоне Сашка.

Смелая повернулась к Люде и в упор уставилась на неё. Глаза подружки таинственно блестели в полутьме. Казалось, словно инопланетянка читает её мысли.

— А что такое? — осторожно спросила Люда. — Что не так?

— Всё не так! — заявила Сашка. — Мне кажется, что ты совсем другой человек. Я постоянно ловлю себя на этой мысли. Ты не знаешь элементарных вещей, забыла английский, катаешься так, как будто у тебя первый разряд. Что с тобой?

Люда хотела было сказать правду, но всё-таки не решилась. Да и что говорить? Вот реально, что именно говорить? Сказать, что она настоящая Людмила Хмельницкая из 1986 года, а в теле Людмилы Николаевой находится та самая Арина Стольникова, которую Сашка хорошо знает? Как бы отреагировал на это нормальный человек? Самое меньшее — покрутил пальцем у виска. Поэтому Люда решила гнуть прежнюю линию. Но при этом осторожно попросить помощи.

Проблема ещё была в том, что Люда толком не умела говорить и убеждать. Всю жизнь её учили, что коллектив — сила, а индивидуальность стоит на последнем месте, просить что-то для себя — невежливо, выпячивать себя — некультурно. Поэтому опыта публичных выступлений и речей у Люды попросту не было, если не считать проведение политинформаций по утрам, когда волей-неволей приходилось читать перед классом газетные вырезки. Да и что это было за чтение? Смущённые бэ и мэ? Сейчас же предстояло импровизировать, и импровизировать очень убедительно.

— Хорошо, я постараюсь объяснить, хотя тебе и так всё должно быть понятно, — согласилась Люда. — У меня был очень трудный сезон. Ты сама это прекрасно знаешь, что много всего навалилось. Я скажу честно — даже не знала, стоит дальше продолжать кататься или нет. Потом решила, что всё-таки надо попробовать. Потом эта авария… Ты знаешь, что такое очнуться с почти стёртым сознанием? Когда встаёшь после сна и помнишь только своё имя? Потом как сквозь туман вспоминаешь имя матери, имена людей, которые тебя окружают, узнаёшь какие-то простые вещи. Ты вообще… Знаешь, как мне сложно??? Я даже английский язык забыла! Со мной говорит Грассль, а я не понимаю его.

И тут вдруг Люду охватила такая жалость к себе, к маме, ко всем, кого она знала и кто, возможно, уже не живёт, что Люда расплакалась горько и безудержно. И ведь в этом нисколько не обманывала себя! Смелая стала утешать и гладить её по волосам.

— Соточка, ну прости, я не знала, что всё так серьёзно! — утешающе проговорила она. — Ну прости меня. Я тебя буду учить. Даже научу унитазом пользоваться!

— Да ну тебя на фиг! — сквозь слёзы рассмеялся Люда. — Давай спать!

— Английский выучить не сложно! — наставляющим тоном сказала Сашка. — Давай телефон. Сейчас я тебе установлю на него приложение. Будешь постоянно беседовать с роботом, а он сможет перевести тебе всё что угодно: устную речь, надписи, тексты и даже книги. Все так учат. Погнали! Не боись! Вокруг 99 процентов людей тупее тебя… Кстати, что завтра на открытие магазина надевать будешь?

— Не знаю… — вздохнула Люда. — Ещё и это навалилось…

— У тебя там есть неплохие голубые шорты и топик, — наставительно сказала Смелая. — Ты же у нас брюнэтка. Будет на контрасте смотреться офигенно. И налобная повязка. Возьми с собой в сумке. Перед тем как ехать к ним, наденешь, и я тебя причешу.

…Утром мама встретила без удивления новость, что сегодня вместо обеда сегодня придётся ехать на открытие нового магазина «Reebok».

— Так надо, милая… — сказала она, прожёвывая тост с маслом. — Это твоя работа. Где-нибудь пообедаете потом. В конце концов, Самуил Даниилович может войти в положение, если ты опоздаешь на тренировку.

— А у меня нет такой работы! — заявила Сашка, пробуя тост. — Но я всё равно помогу ей съездить на это мероприятие, потому что ей машиной память отшибло и она совсем куку.

— Съезди, — разрешила Анна Александровна. — Подружку надо поддержать.

— А ещё вчера мы ходили в ателье Миланы Артуровны, — сказала Люда. — У которой я платье шью. И она сказала, что будет со мной на двоих шить вещи в Китае и здесь продавать.

— Хорошая новость! — заявила мама. — Я тебе сколько раз говорила, что давно пора свой бренд раскручивать. Спорт недолговечен. В любой момент можно получить перелом ноги и пойдёшь на мороз. Федерация выставит тебя в два счёта. На что жить? А здесь у тебя будет свой бренд. Зря я самоустранилась от этой темы. Надо и мне немного её попиарить. Сегодня я свяжусь с Миланой и обговорю с ней все подробности. Возьму все нюансы открытия бренда на себя. Тебе ещё рано этим заниматься. Тебе надо тренироваться и выступать. Что решили открывать? ООО-шку?

— Мам, а кто мама этой Миланы Артуровны? — неожиданно спросила Люда. — Соколовская что-ли?

Своим вопросом она так вывела маму из себя, что та даже перестала есть омлет, с большим удивлением уставившись на Люду. Вилка выпала из руки Анны Александровны, со звоном ударившись о тарелку.

— Милая, я не знаю, кто её мама, откуда мне это знать? — с недоумением спросила она. — Я разве должна знать семейные родословные абсолютно всех людей, что находятся рядом с тобой? Это же бред! И вообще, хватит вопросов! Скоро приедет Нина! Жуйте и собирайтесь!