— Этих двух из каравана? Зачем? — удивился Колин, нахмурившись, пристально впиваясь в мужчин и кривая губы.

— Не знаю. Но прям чувствую, что надо. И прямо сейчас. Через минут десять будет поздно. И поздно для нас.

— Все же ты прихватила часть дара матери, да? — спросил он все так же не отрываясь от мужчин.

— Наверное. Кто знает. Я думаю, у меня просто сильнее развита интуиция. Большего со мной пока не бывало.

— Хм. Если сейчас что-то будет, то нам бы действительно не помешала компания.

— Почему? — не понял Ким.

— Потому что, когда ищут троих, привлекают внимание все тройки людей. Их будут усерднее разглядывать, допрашивать. А вот большее количество — уже чуть безопаснее. Хотя бы по первому впечатлению.

На этих словах Колин кивнул и окликнул мужчин, предложил присоединиться к гостеприимству нашего костра с чаем и сладостями. Мужчины удивились, но решили почему бы нет.

Это оказались два учителя, что едут в новую школу в соседнем городе. Один ушел с предыдущего места, уж больно начальство замучило. Второй к семье сына решил перебраться, вот и согласился работать учителем, чтобы дома не сидеть, да и все же деньги. Познакомились они, когда договаривались с караванщиками, и очень удивились, что едут в одну и ту же школу. Судьба, не иначе. В пути это было прямо спасение. Выяснилось, что они оба играют в шахматы, любят книги Шпаткевича, да и в остальном много общего. Один будет учить молодых людей основам медицины, второй истории. Школа для юных артефакторов. Обучают там по разным специальностям. Само собой за основу взята артефакторика, а дальше уже делится на под отрасли: боевое, строительное, медицинское, бытовое, красота и так далее.

Видно было, что мужчины любят и умеют говорить. Рассказывали интересно. Тот, что учитель медицины, до этого тридцать лет отработал медиком в местном госпитале, второй как был учителем истории, так и будет. Мы рассказать чего-то правдивого не могли. Так что я сидела больше любопытствовала и спрашивала, а “родственники” рассказывали часть нашей легенды. Потом разговоры зашли за еду, за другие страны, и разговор потек уже с двух сторон активнее. “Родня” больше интересовались обстановкой в Азаргии. Мол, может что изменилось, давно выбирались из своей деревни и в городе были недолго. Было особо не до новостей. Сын проходил испытания.

Минут через двадцать послышался шум копыт, затем рядом, принеся пыль и лязг, остановились десять конников в костюмах стражи. Они оглядели костры, спешились, прошлись между женщинами, заставили тех поснимать накидки с голов, поговорили с нашим недавним знакомым купцом. А после вскочили на коней и уехали.

— Кого все ищут? Караванщик говорит, третий рейд уже все ходят, всех досматривают, к девушкам пристают. В этот раз ещё все спокойные. В прошлый такой скандал женщины закатили, чуть на ножах со стражей не расстались. — заворчали учителя

— Видно девушку какую. — отозвался Колин.

— А-ха. Убежала с любовником, вот они теперь и бегают. — поддакнул Ким, и мужчины заржали, как кони.

— Да, за женщинами надо смотреть и держать в достатке, спокойствии, любить и лелеять, а главное — глаз с нее не спускать. Женщина же как цветок — если за ней ухаживаешь, поливаешь, то она расцветает и тебя радует. А если нет, то засохнет и погибнет. Тогда лучше уж пусть сбегает. Жалко таких. Видел по соседству семью, ох и тяжко жене там жилось пока не овдовела лет пять назад. Так ее родители ещё раз замуж выдали через год и что думаете? Я ее на базаре недавно повстречал, так не узнал. Она сама подошла, поздоровались. Пока не представилась, я и не признал. Две совершенно разные женщины, как день и ночь.

Да… Твои слова да мужчинам в уши, подумала я. Хотя и женщинам тоже. Будем справедливы. Иногда такие женщины, что довести могут до всего чего угодно. Главное подход найти. Так что это у всех людей и от пола не зависит. Надо уважать и заботиться друг о друге, а не истерики и права качать. Надо учиться говорить ртом о том, что беспокоит и слышать это. Да если бы у всех ещё это так получалось?! Но учиться никогда же не поздно, да?

В общем очень приятные мужчины и очень жаль, что далее нам не по пути. Мои мужчины не растерялись и скормили учителям байку, что решили раньше выехать, а то от этой истории с охранником, о которой волшебным образом уже известно всем, им не по себе и просят не обижаться, но мы выйдем раньше. Учителя все поняли. Посочувствовали и выразили поддержку, что они сделали бы так же на нашем месте. Восхищались моей храбростью, что в моей крови были великие воины, не иначе. Ну да, ну да… хотя Колин говорил, что отец у меня как раз боевик и успешно воевал в свое время. Так что даже угадали?!

Посидев ещё несколько минут и допив чай, учителя ушли к себе. А мы легли спать пораньше.

Ночью меня разбудил Колин, зажав ладошкой рот и приложил палец к губам. Мы быстро собрались, стараясь не шуметь, погрузились, запрягли лошадь и уехали.

Как и планировали — как только скрылась стоянка из вида, погасили светильники, выпили зелья зрения в темноте, напоили им лошадь и свернули. Колин сразу начал магичить для того, чтобы спрятать следы и наоборот оставить их далее на дороге. Следы на дороге будут удаляться на путь длинной в четыре-пять часов. Так что, если кто заинтересуется — нас не найдут, как и следов куда мы делись.

Часа через три мы были в условном месте. Наши помощники нас там уже ждали несколько дней с остальными частями лодки. Я слезла с телеги, помогла ее разгрузить. Далее ходила, смотрела как мужчины мучаются, пыхтят и матерятся, сперва разбирая телегу, затем собирая лодку. Тут я не могла помочь ничем. Разве что морально. Так что поставила на огонь котелок с водой и заварила чай. Мы так до сих пор и не завтракали.

Когда дело было сделано Маркус забрал остатки телеги к себе на повозку в разобранном виде, запряг нашу лошадь второй и перенес нам ещё несколько мешков с едой и дровами сказав, что это от него и лишним не будет. Мы сердечно с ним попрощались. Телега тронулась, Колин прикрепил к их борту заклинание заметания следов на 2 часа длинной.