— Это все, что ты запомнила?

Какие-то глупые вопросы. Ненужные слова. К чему все это. Она ведь знала. Несколько месяцев убеждала себя, что все это глупости. Что все это лишь мимолетная симпатия. Ведь не бывает же так, в самом деле, чтобы раз посмотреть на человека и вот ты уже все время ищешь его в толпе и один лишь его вид вызывает у тебя улыбку.

И на душе так легко. Так свободно дышится рядом. Так тепло и уютно, когда человек просто рядом. Так счастливо бьется сердце, когда слышишь скрип половиц под знакомыми шагами.

Нет. Не бывает. Такое происходит только с героинями бульварных романов, которые Тесс перестала читать, когда переехала в Метрополию.

Потому что в столице все иначе. Здесь все страшнее. Все грязнее и мрачнее.

Но Тесс позволила себе забыть об этом. Позволила себе в тот час, когда согласилась на свидание в пятый день, когда они гуляли по зимнему городу и танцевали на набережной, подумать… дать себе дурацкий шанс на сказку.

Но ведь… ведь это не сказка.

— Попей еще немного, Тесс.

Кто-то протянул ей стакан. С водой. Прохладной.

Вечные Ангелы, как же холодно.

Её руки дрожали, но она как-то машинально, как кукла взяла воду и отпила. Перед глазами все плыло. Она никак не могла отделаться от образа того мужчины с саблями. И того… того, как корчился, буквально сгорая заживо, Ард, дергаясь в конвульсиях на разбитой брусчатке.

От братьев и отца Тесс знала, что сражения Звездных Магов выглядят жутко, порой едва ли не столь же жутко, как фронтовой штурм вражеских окопов.

Но для неё, пусть и выросшей в приграничном Шамтуре, все это оставалось чем-то сродни жутких сказок. Историй, не имеющих под собой чего-то материального. Чего-то реального.

А теперь…

— Это все, что ты запомнила? — спросил знакомый голос.

Знакомый голос…

Тесс подняла взгляд. Перед ней, кажется, сидел Милар Пнев. Коллега Арди. Тот что-то записывал в блокнот, нервно дергал ногой, отбивая ритм каблуком начищенных туфель и то и дело проверял пояс с кобурой и перевязью сабли.

Милар приехал вместе со стражами. Сразу начал искать Арда, но вместо этого принес с собой медальон, который Ард не снимал даже на ночь. Наоборот — доставал из кармана брюк и надевал, за ремешок, на шею.

Он не объяснял почему, а Тесс и не спрашивала.

— Да…

— Значит, когда мужчина с двумя саблями забрал Арда, тот еще дышал… и ты видела, как он убежал за поворот, а затем оттуда выехал самый обычный «Деркс» куда-то в сторону Кривоводного канала?

— Да… — заторможено повторила Тесс.

Милар помолчал несколько мгновений, а затем взорвался.

— Проклятье, Тесс! Этого недостаточно! Ну может что-то еще? Хотя бы мельчайшая деталь? Ну хоть что-нибудь, пока господин маг еще не на тропах Спящих Духов!

— Я…я…

И она не выдержала. Не смогла больше держать все это внутри. Комок, тянущий её горло, давивший на грудь изнутри, ломая и кроша кости в солнечном сплетении, вырвался наружу. Вместе с воем и плачем.

— Проклятье… прости… — Милар, кажется, приобнял её. — У меня не получается так, как у Эрнсона… аккуратно все это обсуждать… Никогда не получалось.

Но Тесс не видела. Она вообще больше ничего не видела. Кроме собственных слез, обжигавших лицо и кроме добродушной, заботливой и очень домашней улыбки Арди. Того, кто мог целый час задумчиво смотреть внутрь чашки с чаем, а затем потянуться, словно кот и заснуть прямо так — сложив руки на столе и положив голову сверху.

А что если… что если больше никогда…

Очередной вой вырвался из груди Тесс. Она больше не могла. Не могла терпеть все это. Орочьи Пиджаки. Лиза. Борис с Еленой… Арди… Сколько еще, сколько еще Метрополия выпьет из них всех крови перед тем как утолит свой голод.

— Ладно, ладно, надо думать логически. Кривоводный канал… скорее всего либо Тендари, либо Тенд, — Тесс плохо слышала Милара и лишь выхватывала отдельные его фразы. — Других вариантов нет. А там Пижон, Молотки и Красная Госпожа. Но вряд ли кто-то из них, а значит — не местные. Может Пауки… скорее всего… Придется дернуть всю тройку. Кто-то из их людей что-то да должен был видеть или слышать… Проклятье — Аверский на испытаниях с Дагдагом… там медальоны не работают. А время поджимает. Урский с Эрнсоном все еще в отключке… как не вовремя, господин маг. Как же, блять, не вовремя! Ладно… поеду один.