Не отвечая на мой вопрос, Грейс спрашивает: — А Эвинка останется с нами? —

— Нет. Она редко приходит ко мне. —

Я замечаю, как руки Грейс крепче сжимают друг друга, пока костяшки пальцев не побелеют.

Полагая, что ей необходимо это услышать, я говорю: — Со мной ты будешь в безопасности. —

Грейс шепчет хриплым голосом: — Ты все время говоришь мне об этом. —

Когда мы подъезжаем к аэродрому и Алан паркует внедорожник рядом с частным самолетом, я выхожу из машины и настороженно смотрю на него.

Положив руку на рукоять пистолета, я жду, пока Грейс выберется из внедорожника, а затем киваю в сторону самолета. — Двигайтесь. —

— Да, сэр, — пробормотала она себе под нос.

Евинка тихо смеется, подписывая: — Она тобой совсем не довольна. —

Мы все садимся в самолет, и я удивляюсь, когда Грейс занимает место рядом со мной. Я думал, она постарается сесть в противоположной стороне салона.

Не удостоив меня взглядом, она спрашивает: — Сколько лететь? —

— Два с половиной часа. — Я глубоко вдыхаю, а потом добавляю: — От аэродрома до моего дома еще час езды на машине. —

Грейс только кивает, опустив глаза на колени.

Я скучаю по спорам с ней.

— Я удивлен, что церемония прошла без моих угроз, — говорю я, пытаясь ее раззадорить.

Я бы предпочел, чтобы она разглагольствовала обо мне, а не молчала.

— Помогло бы, если бы я сопротивлялась? — спрашивает она без эмоций в голосе.

— Нет, — пробормотал я.

Я смотрю на нее, и только когда частный самолет начинает выруливать на взлетную полосу, она поворачивает голову и смотрит на меня.

— Чего ты хочешь, Доминик? —

— Ты зажата, и мне ни капельки не нравится, что ты подавляешь свои эмоции. Перестань сдерживаться и дай мне это сделать. —

Ее глаза сужаются на моем лице, когда она спрашивает: — Ты хочешь, чтобы я дралась с тобой? —

Да, пожалуйста.

Я пожимаю плечами. — Если тебе от этого станет легче. —

Она тяжело вздохнула и покачала головой. — Единственные две вещи, которые помогут мне почувствовать себя лучше, — это воссоединение с Киарой и свадьба, которая никогда не состоится. — Она отворачивает от меня лицо. — Но я не могу получить эти вещи, так что какой смысл бороться? —

— Хочешь, чтобы я разыскал Киару? — спрашиваю я. — Я притащу ее задницу к тебе в мгновение ока. Только скажи. —

Грейс снова покачала головой. — Киара ясно дала понять, что хочет быть одна, когда уехала, не сказав мне. —

— И это причинило тебе боль, — констатирую я очевидное.

Грейс закрывает глаза. — Я не буду с тобой разговаривать. —

— Тебе нужно постараться поспать во время полета, — говорю я.

— Угу, — пробормотала она.

Когда стюардесса заходит в салон, я спрашиваю: — Хотите что-нибудь выпить, Грейс? —

— Нет, но молчание было бы очень кстати, — ворчит она.

Это я могу сделать.

Я подаю знак Евинке перехватить стюардессу, чтобы она нас не беспокоила, затем расслабляюсь в своем кресле и смотрю на жену.

Джебат. Я замужем.

Грейс — моя жена, и, как ни странно, эта мысль приносит мне глубокое удовлетворение.

Огонь в ее глазах вернется, как только она поймет, что я не причиню ей вреда.

Уголок моего рта приподнимается, осознавая, что ее пылкий нрав теперь принадлежит мне.

ГРЕЙС

Частный самолет приземляется на заброшенном аэродроме, и, кроме черного Хаммера, на многие мили вокруг больше ничего нет.

Отлично. Я действительно останусь одна в глуши с Домиником.

Охранники несут мой багаж к машине, пока Доминик и Эвинка общаются на языке жестов.

Когда он идет ко мне, Евинка машет мне рукой и возвращается к частному самолету.

— Идем, — приказывает Доминик, проходя мимо меня.

Выпустив безнадежный вздох, я следую за ним.

Когда он открывает пассажирскую дверь, я неохотно забираюсь в кабину.

Я смотрю, как мой муж идет по фронту, и мое сердце начинает учащенно биться, когда я вспоминаю ту ночь, когда он спас меня от русских.