Груз сбросили сразу за ставнем в плетне. Алиса с крыльца поздоровалась с Мастером и крикнула, что выйдет, поможет разгрузиться. Тот в ответ велел из дому носа не высовывать. Таким тоном, что сестра и переспрашивать не стала. Мы ещё за две ходки освободили Ниву от груза. И клемму с аккумулятора я скинуть на этот раз не забыл.

От бани так тянуло копчёными линями, что я почти забыл и про недавний обед, и про раков, и про всех на свете ведьм любого ранга. Но, наткнувшись на брошенный Мастером взгляд на плетень, тут же вспомнил. Не про обед, к сожалению.

— Веди к ним, — велел он. Я не стал уточнять, кого он имел в виду, шагнув в сторону амбара.

В открытую дверь Мастер заходил едва ли не боком. И в силу природной стати, и из-за пары коробок, что тащил в руках у груди. После баллона на плече и, как выяснилось, маленького такого, но всё-таки холодильника, что оказался в той коробке с пластиковыми лентами вокруг, я поглядывал на него с ещё большим уважением.

— Поздорову, други старые, — голос его под конусом крыши прозвучал низко, а главное — неожиданно. Я как-то совсем привык уже к тому, что в этих стенах даже Павлик переходил на Речь, не тревожа воздух звуками.

— Здорово, Мастер! — хором раздалось в голове. — Давно не заглядывал.

— Да как-то всё не складывалось, — хмуро проговорил кыпчак. Видимо, это были какие-то обычные, обязательные к произнесению фразы, привычные для них.

— Уважил, Шарукан, спасибо тебе, — Ося будто внимательно наблюдал за его движениями. Из коробок появлялись какие-то свёртки коричневой обёрточной бумаги, закрытые крышками колбы из тёмного аптечного стекла и даже ступка с пестиком, белые и фарфоровые. Я не смог вспомнить, когда видел такие в последний раз.

— То долг мой, Древо. Сейчас всё подготовлю, по твоему рецепту тогдашнему, — в его больших ладонях весь этот инвентарь школьного кабинета химии терялся, но двигались они быстро и уверенно.

— А потом и до тебя дело дойдёт, Серый, — во взгляде Мастера, кажется, проскочило сочувствие и грусть, когда он покосился на Хранителя. Тот, к слову сказать, выглядел уже не не полтораста, а всего-то лет на девяносто. По сравнению с собой же недавним — настоящий бодрячок, живчик прямо. Только лежавший по-прежнему в саркофаге из веток и прутьев.

— Ты не косись так, татарская морда. Знаю, всё знаю. Раскапризничался, старый дурак, слабину дал. Сбежать хотел. Пока лежал-помирал да себя с Оськой жалел — куда ни шло ещё. А как Яр вон Алиску с Павликом привёз — понял, что поспешил, — Хранитель не защищался, не оправдывался и не скандалил. Просто констатировал факты.

— Так я ж ничего и не сказал, — начал было Мастер.

— Ты громко думал! — перебил его Сергий. Со стороны это выглядело тревожно. Особенно для тех, кто Речью не владел. Стоит себе в сарае старый здоровенный мужик и говорит бессвязные, вроде бы, фразы. Ещё и обрывая их на полуслове.

— Это ещё не громко было. Ты пока тут корни в Родину пускал — под боком чёрт знает что творилось, похоже. Через деревню с Яром ехали только что. Машку помнишь, внучку Лиды? — руки Шарукана продолжали чародейство, никак не отвлекаясь на дискуссию. В колбах смешивались какие-то порошки, добавлялись какие-то жидкости. Стоило только задуматься об этом, как он тут же всучил мне ступку с пестиком и пять блистеров таблеток. Обычных, бумажных, не думал, что такие ещё выпускают. Глюконат кальция и та самая янтарная кислота, три к двум.

— На-ка вот, перетри в порошок. Все, что есть. Тщательно, — буркнул он.

— Помню Машку, как не помнить? До сих пор удивляюсь, как из них, соплюх тощих, в прыщах да бородавках, такие павы потом получаются, — у лежащего деда, вроде бы, даже глаз затуманился от каких-то личных воспоминаний.

— На втором ранге Машка теперь. Под самым забором у тебя, почитай, — перебил его Мастер. Будто ледяной водой из таза окатил закатившего было глаза Сергия.

— Что?! — клумба вокруг него опять качнулась.

— Что слышал. Вон, Яр не даст соврать. Да вам захочешь — не соврёшь, — судя по Мастеру, ему самому крайне не нравилась весть, что мы привезли. — А вы вон не в форме, как на грех.

— Не ёрзай, говорю! — грохнул в голове голос Древа громче обычного. — Некстати, верно говоришь, Мастер. Хранитель пока в силу не вошёл — ему и второго ранга хватит. Они выносливые и цепкие, как репьи. Сам что думаешь?

— Воинов позвать да окопаться тут, как в Отечественную. Или опять половину леса ядовитой сделать, как во Вторую. Или спецов найти да на ноль ту Машку помножить. И вслед за Заряной в озеро определить. И третий вариант мне прямо всем по душе, Древо, — пока ехали, слесарь не только снаружи голову напрягал, хмурясь да гоняя желваки, но и изнутри.