– Твою мать! – Колин присвистывает, качая головой. – Ты серьезно? После жены Ричарда, я думал, ты остановишься. Том до сих пор не знает про свою бывшую. И нынешнюю.

Я усмехаюсь, вспоминая свои прошлые победы.

– Но девушка Дэйва… – продолжает он. – Особенно после того, как она застукала тебя вчера с двумя сразу. Ты же понимаешь, что теперь у тебя могут быть серьёзные проблемы? Одно её слово – и весь твой карточный домик рухнет.

Возвращаюсь к столу, барабаня пальцами по полированной поверхности. Адреналин уже начинает пульсировать в венах от предвкушения новой охоты.

– Именно поэтому она следующая, – произношу с холодной уверенностью. – Чем опаснее игра, тем слаще победа. Напиши записку с извинениями и добавь букет.

Глава 3

Одри

Открываю дверь в наш офис, меня окутывает привычный запах кофе и легкий шлейф утренних духов коллег. Светлое помещение наполнено звуками щелкающих клавиатур, приглушенными разговорами и шорохом бумаг. Мимо пробегает Сара из бухгалтерии, на ходу приветливо махнув рукой.

Замираю у своего стола, не веря своим глазам. В стеклянной вазе возвышается роскошный букет, от вида которого перехватывает дыхание. Нежно-розовые пионы гармонично переплетаются с белоснежными розами. Их сладковатый аромат смешивается со свежестью зелени, и я замираю, чтобы вдохнуть этот головокружительный коктейль.

Сердце в груди трепещет, а на губах сама собой расплывается глупая улыбка. Дэйв… Как всегда, умеет удивить. Подушечки пальцев покалывает от волнения, когда я достаю телефон. В горле пересыхает, пока жду гудков.

– Ты такой у меня романтичный, – говорю, прикусывая губу, чтобы скрыть дрожь в голосе.

– Я? – в его голосе искреннее удивление.

Перед глазами сразу встает его характерный жест – приподнятая бровь и легкая усмешка в уголках губ.

– Да. Мне очень приятно, спасибо, – продолжаю я, машинально накручивая прядь волос на палец.

– За что? – после гнетущей паузы спрашивает он.

Между нами повисает напряженная тишина, такая плотная, что, кажется, ее можно потрогать. Чувствую, как краска заливает щеки, а кончики ушей начинают гореть.

– Не скромничай, за букет, – слова выходят осторожно, будто спотыкаясь.

– Какой букет? – его тон становится настороженным.

Желудок скручивается в тугой узел. Колени подгибаются, и я медленно опускаюсь в кресло, которое негромко скрипит под моим весом. В висках начинает пульсировать.

– Мне доставили в офис цветы, это не ты их отправил? – слова царапают горло.

На мгновение замолкаю, до конца осознавая, что он действительно не имеет отношения к цветам.

– Прости, милая, мне немного неловко, – в его голосе проскальзывают виноватые нотки. – Я забыл нашу дату, да? И ты решила мне так об этом напомнить?

Нервно постукиваю пальцами по столу, пытаясь собраться с мыслями. Если не он, то кто?

– Тогда забудь. Это не был сарказм, – я стараюсь говорить небрежно, но голос предательски подрагивает. – У нас нет никакой даты. Цветы, видимо, доставили коллеге, а я подумала, что они мне от тебя.

– Слышу, ты расстроилась, – в его голосе появляются теплые нотки. – Обещаю исправиться сегодня вечером. Заеду за тобой, ладно?

– Да, договорились, до встречи, – выдыхаю я и кладу трубку.

Откидываюсь на спинку кресла, прикрывая глаза. В голове бьется единственная мысль: если цветы не от Дэйва, то кто их отправил? Аромат цветов теперь кажется удушающим, а их красота – почти зловещей.

Маленький белый конверт почти сливается с кремовыми бутонами. Я достаю записку, и при виде незнакомого размашистого почерка у меня перехватывает дыхание. Джейсон… От одного его имени по коже бегут мурашки, а в памяти словно включается кинопленка вчерашнего вечера: тепло его ладоней, скользящих по моей талии, внезапный всплеск воды, холодящей кожу сквозь тонкую ткань платья. И этот его взгляд – дерзкий, обжигающий, создающий внутри меня вихрь эмоций, не угасающий даже сейчас.

“Одри, прошу прощение за вчерашний вечер. Надеюсь Harry Winston поможет забыть о неприятных эмоциях. Твоё платье вернулось из химчистки.”

Джейсон.

Мой взгляд падает на характерную синюю коробочку, притаившуюся рядом с букетом. Пальцы непроизвольно поглаживают бархатистую поверхность, прежде чем открыть её. Затаив дыхание, я разглядываю браслет – россыпь бриллиантов играет в утреннем свете, бросая радужные блики на стены. Поворачиваю голову – и правда, на дверной ручке висит чехол с моим платьем.

– О нееет, – Со стоном откидываюсь в кресле, зарываясь пальцами в волосы.

В висках пульсирует, а где-то под ребрами растекается предательское тепло. Я кусаю губу, пытаясь подавить непрошеную улыбку. Его забота настолько продуманная, что это почти раздражает.