Но если не он, то кто?

Он придвинулся поближе к Тейлору, пытаясь успокоиться. Было почти четыре часа утра.

Никто не мог сказать, что принесет следующее утро. Вполне возможно, что вся ночь прошла впустую, и завтра они вернутся к тому, с чего начали.

Уоррен понятия не имел, что он тогда будет делать.

Глава 16

Тейлор проснулся от запаха бекона. От голода у него заурчало в животе.

Взглянув на часы, он понял, что уже одиннадцать часов. Почему он так долго спал? Обычно он просыпался между восемью и девятью. И Уоррен никогда не готовил для него. Он сделал это только однажды, на следующее утро после эпизода Тейлора. Но вчера…

Вчера.

О нет.

Воспоминание обрушилось на него с такой силой, что у него перехватило дыхание, и он свернулся калачиком под простыней. Он вспомнил свою ужасную черную ярость, и переулок, и лошадь для порки, и бесконечную череду мужчин, трахавших его.

И, наконец, Уоррена. Он вспомнил выражение лица Уоррена в начале вечера, когда Тейлор назвал его жирным, ленивым куском дерьма.

Уоррен, который сделал то единственное, что Тейлор почему-то отождествлял с любовью.

Уоррен, который употреблял такие слова, как «ценил» и «лелеял».

Тейлор медленно поднялся с кровати, морщась. Мужчины были не так грубы, как могли бы, но ему все еще было больно. В этот момент он пожалел, что его меньше трахали и больше били. Он это заслужил.

Он долго пробыл в ванной, хотя его желудок требовал еды. В конце концов, он услышал тихий стук в дверь спальни.

– Тейлор?
– Позвал Уоррен.
– Я знаю, ты уже встал. Ты, должно быть, проголодался. Выходи и поешь.

– Я иду, - сказал Тейлор.

Он посмотрел на свое отражение, изучая темный синяк вокруг левого глаза. Он вспомнил, как Уоррен крепко прижимал его к себе, когда он засыпал. Он чувствовал себя таким умиротворенным, но теперь при мысли о том, что он выйдет за дверь и увидит Уоррена, его бросало в холодный пот.

За долгие годы он стал экспертом по отпугиванию мужчин. Он не знал, как смотреть в лицо тому, с кем решил остаться.

Он медленно оделся и спустился в холл, чувствуя, как от голода и нервов сводит желудок. Уоррен уже поел и споласкивал свою тарелку. На столе стояло еще одно блюдо — яичница-болтунья, бекон, тост с маслом и стакан апельсинового сока. Пока Тейлор стоял, наблюдая за происходящим, Уоррен поставил рядом чашку с горячим кофе.

– Садись, - мягко сказал он.

Тейлор не мог даже взглянуть на него.

– Прости.

– Это я должен извиниться, Тейлор. После твоего последнего эпизода я сказал, что справлюсь с твоими плохими днями, но когда пришло время доказать это, я подвел тебя.

– Нет.
– Тейлор подавился этим словом, борясь со слезами.
– Уоррен...

– Это не имеет значения. Ты прощен. И, надеюсь, сможешь простить меня.

– Ты не сделал ничего плохого.

– Я тоже не очень-то хорошо поступил. Я думаю, лучшее, что мы можем сделать, это признать, что мы оба плохо справились, и пообещать друг другу, что в следующий раз поступим лучше. Согласен?

У Тейлора закружилась голова. Нет, он не мог с этим согласиться. Он считал, что Уоррен не заслуживает ни малейшей доли вины. Только не после всего, что сделал Тейлор. Только не после того, что он наговорил.

– Садись и ешь, - сказал Уоррен мягким голосом.

Но это было слишком просто.

– Нет. Я ударил тебя ногой. И дал пощечину. Я наговорил ужасных вещей. Я не имел этого в виду.

– Ты прощен.

Тейлор покачал головой.

– Я этого не заслуживаю.

Уоррен придвинулся ближе. Он протянул руку, чтобы коснуться щеки Тейлора, но Тейлор отдернулся.

– Не надо.

Уоррен издал низкий горловой звук, что-то похожее на рычание, что-то, что говорило скорее о разочаровании, чем о гневе.

– Если бы я ударил тебя прямо сейчас, ты бы принял это без возражений, не так ли?

Тейлор кивнул, почти надеясь, что это произойдет. Он был бы рад такому наказанию.

– Да. Я это заслужил.

– И все же, когда я пытаюсь проявить к тебе хоть какую-то привязанность, ты отстраняешься.

Тейлор моргнул и покачал головой, пытаясь придать всему этому смысл. Он пытался все исправить, но каким-то образом сделал только хуже.

– Я не хочу, чтобы ты на меня злился.
– И это была правда.
– Я был ужасен по отношению к тебе.

Уоррен вздохнул. Он снова потянулся, на этот раз, чтобы взять Тейлора за руку, и Тейлор позволил ему.

– Ты помнишь прошлую ночь?
– Спросил Уоррен.
– В конце вечера, когда все разошлись по домам?

Тейлор кивнул.

– Да.
– Это был шепот.

– Ты помнишь, что произошло прямо перед тем, как я тебя развязал?

– Да.
– И воспоминание об этом теплом, чудесном подарке наполнило его светом и счастьем.
– Я помню.