– Мне надо, - ответил Ветер. – Вот и пришёл.

– Значит, хотя бы ты – работаешь. Я работаю. Беспилотчики из роты армейского спецназа ко мне приходили, они тоже работают – ищут способы, как максимально навредить противнику. Не всё ещё потеряно.

– Это частности, - сказал пехотный комбриг. – Исключения из правил, которые как раз и показывают, насколько всё печально.

– Да вот смотри, живой пример, - не унимался возбудившийся Горец. – Я уже месяц прошу Каскада уничтожить в полосе Четвёртой армии вышки сотовой связи. Месяц. Сколько уничтожено? Правильно – ни одной.

– Так, - Ветер глянул на внимательно слушающего Хасана, потом снова вернул свой взгляд на Горца. – Поясни.

– Смотри, - комбриг радиоразведчиков сел за ноутбук и стал курсором водить по карте: - Вышки, то есть, базовые станции «Киевстара» и «Водафона» расположены здесь, здесь, здесь и здесь. – Как минимум две – в полосе твоей бригады. Одна в Еремеево, на возвышенности, другая в совхозе Берёзовый. Если у вас есть возможность поразить их, смело бейте, окажете нам неоценимую услугу.

– А у них что, служебно-боевая связь на сотовые вышки замыкается?

– Отчасти да, - ответил Горец. – Подавив вышки, вы вынудите противника отказаться от сотовой связи и перейти на работу в эфире с помощью радиостанций – аналоговых и цифровых – для нас это будет хорошим подарком.

– Я много слышал про Интернет Илона Маска, - Ветер предложил новую тему для полезных разъяснений.

– Да, у них есть ещё «Старлинки», которые обеспечивают Интернет, благодаря чему у немцев хорошо работает взаимодействие, например, пехоты и артиллерии через программный комплекс «Крапива» - именно из-за него они так быстро открывают огонь по выявленным целям. Кроме того, у них везде расставлены роутеры, позволяющие выстраивать Интернет вплоть до окопов. На каждой возвышенности, чуть ли не на каждом столбе, а уж на вышках сотовой связи так обязательно, у них висят камеры уличного наблюдения, в том числе достаточно мощные – это всё позволяет хохлу получать практически абсолютную осведомлённость об оперативной обстановке как на ЛБС, так и в наших ближних тылах. Вот остановись, как-нибудь, посмотри в бинокль в сторону противника – если видишь вышку сотовой связи, считай, что и враг тебя видит – настолько мощные там висят камеры наблюдения.

Чувствовалось, что Горец получает удовольствие, шокируя собеседников своими рассказами о реальных возможностях хорошо налаженной системы разведки.

– Фактически, - продолжил радиоразведчик, - мы контролируем все виды излучения, наблюдаем все возможные источники - рации, телефоны, каналы управления дронами, радиолокационные станции, станции радиоэлектронного подавления - на основании чего складываем картину текущей радиоэлектронной обстановки. Вот ещё пример, гляньте…

Ветер и Хасан посмотрели на экран, где светилось два пятна.

– Что это? – спросил Ветер.

– Это работа двух станций РЭБ противника, - пояснил Горец. – Сейчас они прикрывают опорник «Берёзовый», позиции в лесополосах «Вятка» и «Двина». Но между пятнами образуется как бы коридор, по которому они запускают свои дроны в нашу сторону. Сейчас их РЭБ работает, потому что с позиций по рации доложили о пролёте дрона неустановленной принадлежности. Подстраховались, включили излучатели. Минут через пять выключат… потому что такие станции потребляют очень много энергии и быстро перегреваются.

Словно в подтверждение слов командира бригады радиоразведки, пятна исчезли.

– Вот, - сказал Горец. – Видите? Выключились. Работают они мобильными станциями, на базе американских машин «Хамви», поэтому засечь точное местоположение, для удара по ним, очень сложно – они быстро меняют своё место, причём, совершенно непредсказуемо. В таком случае я бы рекомендовал глушить их «Градом» или «Ураганом». Просто накрывать район для надёжного поражения. Желательно кассета.

– Интересно, обо всём этом Каскад знает? – Ветер задал вполне уместный в данной ситуации вопрос. – В армии же должны быть свои средства радиоразведки?

– В армии есть свой радиотехнический батальон особого назначения, но он… как бы вам это сказать помягче… был эффективен ровно до того момента, пока немцы не перешли на цифру и Интернет Илона Маска – то есть, до начала войны на Украине. Конечно, армейский батальон может наблюдать радиосети с аналоговыми радиостанциями типа Р-159 и «Баофенг», но не более того… поэтому я сильно сомневаюсь, что Каскад в курсе возможностей моей бригады.

– И взаимодействия у вас нет?

– Мы подчиняемся не Каскаду, - ответил Горец. – И даже не Эльбрусу. А сильно выше. Вот туда мы и отправляем анализ обстановки и получаемую информацию о противнике. О взаимодействии на местном уровне нас никто не просит.

– Но вы получаете такой огромный пласт оперативно-значимой информации, и странно, что она тут же не идёт на реализацию на армейский или окружной уровень, - сказал Ветер.

– Мы сами информацию никак не реализовываем, - Горец развёл руками. – У меня нет своих средств поражения.

– Но всё это есть в армии, в группировке!

– Есть, - кивнул разведчик. – И я даже выходил на командование и армии и группировки, так, не формально и не официально, но там такие перестраховщики сидят, боятся, что их ругать будут за связи со мной… я сделал вывод, что они в наших услугах пока не нуждаются.