Нефритовый дракон.

Все, что от него осталось.

Он лежал прямо здесь, на последнем этаже Башни, призрачный пленник в руках своего убийцы, вечный узник, забытый всем миром. Свечение его души начало пульсировать, становиться все отчетливее, пока наконец не приняло змеиный облик. Не живой, но и не мертвый, дракон будто дышал. Его грудь тяжело вздымалась, но глаза оставались закрытыми. В окружающем мраке он походил на повисший в воздухе мираж.

Вдалеке вспыхнул сгусток зеленого огня. Краем уха Лю услышал, как нервно сглотнул Жу Пень. Пламя было таким же, каким его пытался убить Тейтамах. Но все же оно отличалось.

Свет разгорался все ярче, пока не осветил всю залу, прогнав мрак в укромные закутки за величественными колоннами. Сам огонек трепетал, заключенный в стеклянный шар, зажатый меж змеиных зубов внушительной статуи дракона. Нефритовое змееподобное изваяние с золотыми прожилками мягко мерцало и переливалось темными цветами.

Лю и Малыш переглянулись. Им уже встречалось нечто подобное, и в тот раз все кончилось плохо.

– Давай не будем ничего разбивать? – издав нервный смешок, сказал Жу Пень.

Его слова утонули в грозном безмолвии. Лю сделал еще шаг и услышал уже знакомый шепот Шан Ше:

«Подойди, Лю. Найди меня в огне».

Юноша повиновался. Он медленно направился к статуе, настороженно озираясь по сторонам. Думы о душе дракона занимали все его мысли, но он не забыл, что где-то совсем рядом были Маг и его прислужник. Он находился на их территории, и все, что сейчас происходило, неизбежно было частью их ловушки. Лю замедлился и обернулся к спутникам:

– Останьтесь у лифта, – попросил он.

– Но… – начал было Жу Пень.

– Прошу вас, – сказал Лю настойчивее и продолжил путь.

Оказавшись пред статуей, юноша долго не решался что-то предпринять. Пламя в шаре завораживало своими всполохами. В нем мелькали образы далеких земель, лица незнакомых людей, необычные красивые здания, пагоды и пирамиды, горы и моря, непроходимые джунгли и до боли знакомые пустынные просторы. За пару коротких мгновений он словно пронесся над всем миром.

Наконец Лю нашел в себе силы и протянул руки к шару. Кончики пальцев коснулись разгоряченной стеклянной поверхности, и пламя вдруг перекинулось к нему в ладони и впиталось под кожу. Зала загудела. Древние кости зашевелились, с глухим каменным стуком ударяясь друг о друга, зашумел ветер, взметнувший вековую пыль, послышался жалобный утробный рык.

Сквозь тьму Лю узрел Шан Ше. Его дух сорвался со скелета, взмыл ввысь, к самым сводам, и быстро закружился. Он напоминал радостного пса, который гонялся за собственным хвостом. Лю был готов поклясться, что слышит его смех.

«Ты нашел меня, потомок мой. Каждый из нас путь долгий прошел, и вот мы встретились».

– Что я должен сделать? – с трепетом спросил Лю.

«Ты – вторая чаша, что уравновесит весы Баланса. Я просил Чжихана найти тебя, и вот ты здесь. Ты – потомок Первого врага, в ком течет кровь всех пяти драконов. Ты – сосуд, не опороченный злыми помыслами, освященный добротой и благородством, коих не хватает сыну моему. Лишь ты сможешь восстановить Баланс. Позволь же мне стать частью тебя, чтобы мы смогли низвергнуть белого змея».

Лю вздрогнул и кивнул в пустоту. По наитию он потянулся к дракону, беззвучно взывая к нему, и тот откликнулся. Призрак завис на месте, присмотрелся к юноше и медленно поплыл ему навстречу. Лю был готов начать прыгать, лишь бы скорее коснуться его. Сердце стучало так, словно он быстро пробежал через всю Императорскую площадь, гудело от нетерпения, трепетало от предвкушения.

И когда они были совсем рядом, земля вдруг ушла из-под ног.

Неведомая сила рванула Лю и отшвырнула в дальнюю часть залы. Он упал на отполированную до гладкости площадку и ударился головой о каменный алтарь. Из глаз брызнули слезы, и на миг Лю забыл, как дышать. Своды треснули, и сверху посыпались обломки потолка. С оглушительным скрежетом одна из стен начала расползаться в стороны, открывая взору затянутое плотными тучами предрассветное небо.

Нет, не простое небо, каким Лю привык видеть его каждый день, далекое и недостижимое. Сейчас он был на небесах. Облака проплывали так близко, что их можно было поймать руками. Стало тяжело дышать, от холода тело вмиг задубело, и боль от удара чуть притупилась.

Лю попытался подняться, но его слово пригвоздило к алтарю. Он не мог пошевелиться, как бы ни старался, и, что было хуже всего, он больше не видел духа Шан Ше.

И не чувствовал его…

– Шевелись, девка.