— Над Винченцо ещё земля не осела, Феликс стал новым доном, — стоял на своем начбез. — И такое поспешное бракосочетание им совсем не в тему.

— Скажи ещё, фиктивное, — буркнул я, но с аргументами Андрея согласился.

В любом случае стоять и смотреть, как Арина становится Ди Стефано, я не собирался. И мы полетели в Палермо.

То, что Феликс решил венчаться с Ариной, меня напрягало. Ладно бы просто заключить брак в мэрии. Но сука венчание! Ещё и в личной капелле сицилийских королей.

Кажется, я кое-кого недооценил. Мы все его недооценили.

То, что Феликс стал новым падрино семьи Ди Стефано, для меня стало неожиданностью. Да что там, я охуел.

Феликс и фамилья? Это вообще не в его стиле. Если бы он решил стать воплощением зла, то обязательно задумал бы уничтожить мир и проделал это очень технично, с кучей секретных разработок в тайных лабораториях. И, как бы меня это ни бесило, элегантно.

А зарабатывать на наркоте и крышевании терпил — это не про него. Слишком пошло и скучно.

Мы дико опаздывали. Безбожно. По дороге Андрей дозвонился кому-то из церковных иерархов и получил подробную консультацию, как остановить венчание, если мы не успеем его предотвратить.

Не успели, прямо из аэропорта рванули в капеллу. От ворот я шел быстро, почти бежал, и когда входил в часовню, в меня буквально врезалась девушка.

Вид у неё был совершенно безумный. Зареванная, растрепанная, ударилась об меня, будто я колонна, подпирающая потолок. Ударилась и отшатнулась, спотыкаясь. Еле успел поймать, иначе упала бы прямо мне под ноги.

— Простите, — пробормотала, не поднимая глаз, и выбежала на улицу.

Я сразу о ней забыл, потому что прекрасная акустика зала донесла вопрос священнослужителя, и мне пришлось отвечать ещё на ходу.

Теперь стою, не обращая внимания на гневные взгляды Арины и насмешливые Феликса.

Дон, блядь...

— Значит, вы утверждаете, что сеньор Ди Стефано приходится единокровным братом сеньорите Арине? — уточняет падре, и я утвердительно киваю.

— Именно так, святой отец.

Он поворачивается к Арине, мечущей глазами молнии.

— Что вы на это скажете, сеньорита?

— Это ложь, — она так возмущена, что глубоко дышит, отчего грудь красиво вздымается и опадает. Я на это готов смотреть вечно.

— А вы, сеньор Ди Стефано?

— Это бред. Мы не брат и сестра, — фыркает Феликс. — У меня был один единственный брат, Маттео Ди Стефано. У господина Ольшанского слишком бурная фантазия.

— У вас есть доказательства, сеньор? — смотрит поверх очков падре.

— Пусть сделают тест ДНК, — отвечаю со спокойной уверенностью, — и все станет ясно.

— Какие у вас есть доказательства, чтобы опровергнуть такое серьезное обвинение? — падре обращается к Арине с Феликсом.

— Наши родители даже знакомы не были! — возмущенно восклицает Арина. — Моя мама может подтвердить, что никогда не знала сеньора Винченцо.

— Это очень прискорбно, но я вынужден остановить церемонию до предъявления более серьезных доказательств, — старикан свое дело знает и работает в нужном мне направлении.

— С каких пор слова первого встречного становятся основанием для отмены венчания? — вскипает Арина и смотрит на меня, хотя ее слова адресуются дедушке-падре.

— Я не первый встречный, — возражаю, подходя ближе, — я друг отца сеньориты. И я пришел, чтобы ее забрать.

— Как это, забрать? — вскидывается она.

— Вот так.

Хватаю ее за талию и забрасываю на плечо. По залу проносится то ли коллективный вздох, то ли это ветер открыл двери капеллы.

— Отпусти, дикарь! — кричит Арина и лупит меня кулаками по спине.

Придерживая ее за колени, иду к выходу.

— Кто тебе выбирал это платье, Арина? Эта штука мешает тебя нести, — поправляю неудобный обод.

— Демид, ты невыносимый! — стонет она и безвольно свешивает руки.

Как будто я сам этого не знаю.

— А я и не предлагаю меня носить, дорогая. Я сам тебя отнесу, — отвечаю невозмутимо, и слышу как она тихонько хмыкает у меня за спиной.

Арина

Головой вниз висеть неудобно, но для Демида это наверняка не аргумент.

Его широкая спина, обтянутая рубашечной тканью, загораживает весь обзор. Под животом перекатываются крепкие мышцы.