— Заткнись, Ло, — огрызаюсь я. Сейчас не время нападать на мою сестру. — Роуз... — она застыла на середине пола. Я, как никто другой, знаю, как ужасно и мучительно видеть свое грязное сексуальное белье, разбросанное по всем СМИ.

Она отмахивается от меня и увеличивает громкость до несносного уровня.

— Продюсер — не кто иной, как Скотт Ван Райт, бывший парень Роуз.

Они все еще продолжают распространять ложь о бывшем парне? Роуз остается прикованной к экрану, ее поза напряжена, она просто в ярости, от нее исходит чистый жар.

Роуз...

На глаза наворачиваются слезы. Так не должно было случиться. У нее должна была быть идеальная свадьба с идеальным парнем и идеальное долго и счастливо. То, что ею воспользовались в погоне за карьерой, — несправедливо. Это не правильно.

Люди просто отстой.

Ло поднимается и пытается выхватить пульт у Роуз, а та отшатывается назад и нажимает на другую кнопку.

Телевизор ревет, и я съеживаюсь от пронзительного звука.

— Я смотрю это, — говорит Роуз, умудряясь выговаривать слова сквозь шум. Репортер проигрывает клипы из настоящего секс-видео. На экране ее руки привязаны ремнем к изголовью кровати, на шее — сверкающий бриллиантовый чокер. Черные полосы закрывают все непристойные места, но видео без цензуры где-то транслируется в Интернете.

— Роуз, — жалуется Ло, прижимая руки к ушам.

Я встаю и тянусь к ее руке.

— Роуз.

Она отшатывается.

— Не трогай меня.

Сейчас она пугает меня больше, чем раньше. Как будто ей нужно взорваться, но она сдерживает этот бушующий огонь внутри своего тела.

Канал новостей мозолит мне уши.

— Скотт Ван Райт продал секс-видео компании Hot Fire Productions за многомиллионную сумму. Коннор Кобальт и Роуз Кэллоуэй пока никак не прокомментировали ситуацию, но, судя по всему, это законная сделка между всеми четырьмя сторонами.

Как это может быть законным?

— В аннотации к фильму сказано, что часовой сеанс является грубым и предназначен только для зрелой аудитории.

Роуз увеличивает громкость до максимума. Почему она настаивает на том, чтобы слушать его именно так?

— Какого черта ты делаешь? — спрашивает Райк, поднося руку к уху.

— Может, у нее что-то вроде... психического срыва... — говорит Дэйзи.

Роуз отступает на кухню, скорее для того, чтобы напасть. Она исчезает из виду, роясь в нижнем шкафу.

— Серьезно, Роуз! — кричу я. — Ты в порядке?

Она появляется с бутылкой виски. Я и забыла, что Бретт прячет свою выпивку вместе с мылом для посудомоечных машин. Она крутится на каблуках и берет винный бокал из другого шкафа, наливая виски до краев.

Это как наблюдать за трещиной, проходящей через каменного человека.

Мне это не нравится.

— Роуз, не хочу читать тебе нотации в этот непростой момент твоей жизни, — говорит Ло, — но виски пьют не так. И меня, как знатока спиртного, это оскорбляет.

Она бросает на меня такой свирепый взгляд, что у меня перехватывает дыхание.

— Ты не эксперт в спиртном. Ты алкоголик, — она ставит бутылку с виски на стол и делает огромный глоток из своего винного бокала.

Она даже не сморщилась.

— Что делает меня экспертом, — возражает Лорен. Она отмахивается от него, словно отгоняет животное.

— Что происходит? — голос Коннора доносится с лестницы. Его взгляд устремляется к телевизору, источнику какофонии. Нет...

Так вот почему она включила телевизор так громко? Она решила оглушить всех, чтобы позвать его вниз.

— Смотри, милый, — говорит Роуз. — У нас есть совместное секс-видео.

Она не в себе. Официально.

37. Лорен Хэйл

.

0 лет: 10 месяцев

Июнь

Хотите знать, что самое прискорбное и бессердечное происходит в моей голове?

Я чертовски рад, что в новостях показали не Лили. Выразить сочувствие моему лучшему другу Коннору или сестре Лили — я не могу. В глубине души я просто думаю: наконец-то это не мы, наконец-то мир нагадил кому-то другому.

От этой мысли у меня стынет кровь, я упираюсь предплечьями в колени, сижу на диване и жду, когда чувство вины раздавит меня. Хотел бы я быть таким, как мой брат. Райк смотрит на Роуз с такой заботой, что можно подумать, будто он с ней встречается.