Она учится в школе.

Я пролистываю Twitter на телефоне Ло, слишком любопытная. Он бросает взгляд на мою руку и, видимо, понимает, что это не Tumblr, потому что его взгляд возвращается к телевизору.

Его лента заполнена твитами от художников комиксов и фанатов сериалов вроде «Игры престолов». У меня щиплет глаза от такого пристального взгляда, и я уже собираюсь закрыть приложение. Но останавливаюсь, когда натыкаюсь на хэштег.

#CoballowayPornTape

Что? Я хмурю брови, и первый твит, расположенный сверху, оказывается от заслуживающего доверия новостного канала.

@GBANews: Коннор Кобальт и Роуз Кэллоуэй продали свое порно очень крупному дистрибьютору. Клипы уже транслируются в интернете.

Мое сердце уходит в пятки. Этого не может быть. Дыхание перехватывает в горле. Роуз никогда бы не стала выкладывать свою сексуальную жизнь в интернет, если она едва может поделиться мельчайшими подробностями со своими друзьями. Я практически наваливаюсь на Ло своим костлявым телом, втискиваясь в его пространство.

— Лил? — я слышу беспокойство в его голосе.

Я передаю ему телефон и одновременно переключаю телевизор на другой HD-вход, включив кабельное телевидение.

— Что происходит? — спрашивает Райк, положив руку на спинку дивана.

Я отвечаю, переключаясь на новости, перечитываю заголовок внизу, снова и снова, ожидая, что там будет написано «апрельский розыгрыш». Но сейчас не апрель. И это далеко, далеко не шутка.

Секс-видео Роуз Кэллоуэй и Коннора Кобальта продано порносайту за 25 миллионов долларов.

— Черт возьми, — бормочет Райк.

— Этого не может быть, — говорю я вслух то, что крутилось у меня в голове. Нет, нет, нет. У меня никогда не было видеозаписей моей сексуальной жизни, которые транслировались бы на весь мир. Это выходит за рамки того, что со мной произошло. Это... это меняет жизнь, это сокрушительно плохо.

Мне так жаль, Роуз.

Ло качает головой, как в тумане.

— Это, должно быть, Скотт. Он наверняка установил камеры в спальнях.

— Что? — взвизгиваю я. — И в наших спальнях тоже?

— Нет, Лил, — быстро говорит Ло. — Если бы у них была запись нашего секса, ее бы показали по телевизору раньше, чем запись Коннора и Роуз, — он прав. Я была бы более «интересной для новостей», поскольку мы гораздо дольше находимся в СМИ.

Тем не менее, этот факт вряд ли уменьшает серьезность ситуации. Моя сестра...

Репортер начинает говорить, ухватившись за мои рассеянные мысли.

— Если вы все ещё с нами, только что появились новости о том, что наследник компании из списка Fortune 500 Коннор Кобальт и его девушка Роуз Кэллоуэй продали своё секс-видео. Еще одна девушка Кэллоуэй, замешанная в скандале, — говорит она. — На этот раз есть законные доказательства.

— Вот дерьмо, — ругается Райк.

Я прослеживаю за его взглядом по дивану и замечаю сестру, которая спускается по лестнице. Ло выхватывает пульт и выключает телевизор. Он мигает и становится черным.

Позади нас появляется Роуз, ее щеки впалые, а желто-зеленые глаза пугающе сфокусированы. Как у львицы, готовой сожрать антилопу.

Она кладет руки на бедра и нацеливается на Ло.

— Мне не пять лет, Лорен. Ты можешь включить новости.

У меня перехватывает дыхание. Неужели она уже знает? Я не могу скрыть страдальческое выражение на своем лице.

— Нет, — говорит Ло, его голос нервно дрожит. — Я бы предпочел этого не делать.

Дэйзи прижимает руку ко рту и шепчет мне: — Может, скажем ей?

Я изображаю сдержанный жест, чтобы Роуз не смогла прочитать по моим губам.

— Может, не раньше, чем Коннор тоже спустится вниз? — он умеет решать кризисные ситуации. Он все исправит, верно?

Роуз не хочет больше ждать. Она уже на полпути через всю комнату, ее спина выгнута, словно защищаясь. Она пытается отобрать у Ло пульт, но он не выпускает его из рук. В итоге они начинают перетягивать канат.

— Отпусти, Лорен, если не хочешь, чтобы я вывихнула тебе руку.

— Тебе не надоели эти пустые угрозы?

Она выкручивает ему предплечье, и на его лице вспыхивает боль, Лорен вздрагивает. Он ослабляет хватку, и она забирает пульт.

Он потирает руку.

— Сука.

Все плохо.

— Да, но я сука с реальными угрозами, — она включает телевизор, и новости снова начинают литься потоком.

— Держу пари, сейчас ты чувствуешь себя еще большей сукой, — добавляет Лорен.