Брошенная на пол голова с гулким звуком откатывается к стене.

– Пойдем, пора спать, мои парни сами разберутся тут.- мне дан ещё один шанс. Я точно знаю это- умею видеть разницу в его поведении, читать малейшие признаки на его одутловатом лице. Признаки того, что Управитель решил подстегнуть себя. Игрой. С чужими жизнями. Сперва давая ложную надежду на спасение, а затем ее отнимая.

В моем случае всё не так. Я останусь жив. Я даже догадываюсь, почему- если умру я, то его жизнь, та иллюзия, что этот психопат выстраивал годами, развеется, рассыпется как карточный домик. Он должен верить в то, что у него есть друзья. Верные друзья, сподвижники, что разделяют его убеждения, видят в нем личность, гения, властителя. Иными словами, не просто приевшиеся и глупые штатные подхалимы, нет - их лесть и ужимки он раскусывает с первой же попытки. Они пресны и просты для него. Нет, этому ублюдку нужен кто-то умный, гораздо умнее себя. Кто-то принципиальный, но не настолько, чтобы умереть, прагматично просчитав выгоду пользы сопротивлению в случае своей жизни и служения Управителю. Вот таких он с удовольствием ломает, постепенно, превращает в своё жуткое подобие. Я....я на пути к этому, раз просто склонив голову, трусливо выдыхаю - я остался жив, и плетусь следом за этим обрюзгшим телом

45. Тень

"Все словно будто дымка тумана,

Ложь - одежда немого обмана".

Лиора:

– Долго ты собирался скрывать это от меня?- краем глаза смотрю на брата, с удивлением отмечая, как его внешнее спокойствие разбивается вдребезги. Чем больше времени проходит с момента, когда похитили Мирру, тем больше он становится похож на неуправляемое дикое животное, мечущееся в своей клетке.

Демир, запустив руку в темные спутанные волосы, поднимает взгляд - темные круги, уставший вид:

– Я не знаю.
– хрипло выдыхает, с силой сжав руки- не знаю.

Я не настаиваю на продолжении- ему и так тяжело. Тяжелее, чем кому-либо. Вмещать в себе это всё - и не сойти с ума. Впрочем, глядя на него сейчас, я бы так не сказала - каждые несколько минут он смотрит на датчик связи, закреплённый на его одежде. Несколько поисковых групп вновь штурмуют поверхность и известные нам убежища. Он сам только пару часов как вернулся сочередных поисков.

– Скажи, ты ненавидишь меня?- вдруг бросает он, а я удивленно поднимаю взгляд от чашки чая в руке.

– Нет.
– с уверенностью отвечаю - С чего бы мне ненавидеть тебя?- специально выделяю слово " мне", ведь только я получала от брата вполне человеческое отношение и заботу.

– За всё...это.- окидывает взглядом территорию вокруг дома.

Я лишь улыбаюсь в ответ- глупый. Глупый, глупый братец.

– Мне не за что тебя ненавидеть, Демир.
– от сомнения, что плескается в его глазах, сердце заходится от жалости. Он до сих пор так и не научился верить. Думать, что достоин любви. Но та единственная, что в силах поколебать эту неуверенность, сейчас далеко. Очень далеко.

– Знаешь, иногда я думаю, лучше бы он убил меня в тот день, когда...

Демир не продолжает, но я понимаю о чём он- шрам на щеке не дает забыть.

– Как ты думаешь, она захочет вернуться? Сама, по своей воле?- его широкие плечи еле заметно опускаются, словно это признание далось очень нелегко.

– Здесь ее сестра.
– ухожу я от ответа, с удивлением наблюдая, как мой брат пытается бороться с всепоглощающим чувством, древним как само мироздание. Имя которому- любовь.

– Скажи, ты никогда не хотела бы... уехать с острова? Начать новую жизнь?- поворачивается он ко мне, сверля взглядом.

Горечь, что раньше возникала при подобных вопросах- "что я хочу", "что бы сделала, если" , давно канула в небытие. Да, пускай мои ноги похожи на иссохшие тонкие прутики, и я сама не могу убежать даже от въедливых мыслей , а не то, что с острова, но сейчас меня больше занимает другое. То, что стало не важной частью моей жизни - это стало самой жизнью.

Но Демиру я отвечаю уклончиво:

– Хотела бы. Но ведь ты и сам знаешь, что всё зависит лишь от тебя? Что я могу сделать одна?

Он сжимает руки в кулаки:

– Мы уедем, сестрёнка. Обещаю. Это существование давно катится к чёрту.

– Уедем? А как же твоя цель?
– прищурившись, пытаюсь считать эмоции на его холодном, бесстрастном лице. Но он умеет играть в эту игру не хуже меня. О, в ней он- король.

– Ее нет. Нет никакой цели- бросает брат, направившись к выходу.

Глупый- думает, если я заперта от всего мира этой коляской и домом, отрезана от суши огромными волнами соленой как слёзы воды, то я ничего не знаю? Не могу знать? Мое нынешнее жалкое существование - всего лишь тень той здоровой веселой девочки, которой я была? Тень...

Я печально улыбаюсь, глядя в окно на брата, что собирается с группой бойцов на очередную вылазку-поиски.

Надо бы связаться с Ори. Столько всего нужно обсудить.

46. Родство

Стен:

– Ты угрожаешь родному отцу?- кривится в усмешке Ингор, откладывая инструменты на место. В лаборатории, где теперь он проводит едва ли не всё время, грязные старые пробирки валяются рядом с чистыми. Въедливый резкий запах витает в воздухе - многие колбы и емкости хранят в себе разлагающиеся жидкости и составы. Руки Ингора едва заметно трясутся: