Я вырвал лицо из его рук и сделала шаг в сторону, чтобы подойти и сесть на кровать. Через мгновение я вновь рухнул на матрас, уставившись в потолок.

– С чего ты вообще взял, что я это сделаю?

– Более того, – сказал я, кое-что понимая про себя, – почему меня должно волновать, что ты это сделаешь?

Он подвинулся и встал между моих ног.

– Я не думаю, что тебя волнует, знает ли кто-нибудь, что ты нижний или верхний. Это не определяет тебя, и ты достаточно пугающий, чтобы понимать это.

– В данный момент я не чувствую себя пугающим.

– Ну, ты такой и есть, – заверил он меня, переместился, не думая о том, что собирается делать, и лег рядом со мной. – Люди видят тебя, и пока ты не улыбнешься или не заговоришь с ними в свойственной тебе манере уговаривать, ты пугаешь их до смерти.

Я хмыкнул.

– Флинт сказал мне, что чуть не наложил в штаны, когда ты на него уставился.

– Я не помню, чтобы я на него смотрел.

– Ну, теперь он едет с нами домой, чтобы поправиться, так что ура, – сказал он с сарказмом.

– Он твой друг.

– Да, я знаю, но я бы предпочел, чтобы он ходил к Анонимным игрокам и не мешал мне проводить с тобой время. Я имею в виду, что только что получил тебя. У меня были большие планы на то, что после этого мы останемся наедине.

– Не думаю, что это сработает.

– Нет. Я не хочу слышать это от тебя сейчас. Пока мы не вернемся в Санта-Барбару, ты обещал...

– Но посмотри, что сейчас произошло. Я даже не дал тебе объяснить; я просто сделал неправильный вывод и решил, что ты делишься всем обо мне, а это просто...

– Прекрати, – приказал он, поворачиваясь на бок и опираясь на локоть, глядя мне в лицо. – Мы еще не знаем друг друга, не совсем. Я имею в виду, что почти все время, что мы вместе, я был испорченным отродьем, а теперь, внезапно, ты должен доверять мне, потому что я так сказал?

Я сел и уставился в окно на ночное небо, на облака и большую, яркую луну, которая давала мягкий рассеянный свет в темной комнате.

– Тебе действительно стоит вернуться вниз. Здесь все хотят тебя увидеть, и это несправедливо, что...

– Не делай этого, – прошептал он, проводя пальцами по моим волосам, а затем крепко сжал мою руку и повернул голову так, чтобы я мог видеть его. – Не скрывайся за своей профессиональной маской.

– Ник...

– И та история с малышом была очень дерьмовой.

– Мне жаль, – автоматически сказал я.

– Тебе не жаль. Ты действительно веришь во всю эту чушь типа «ты молод, и я знаю, что для тебя лучше».

– Я действительно знаю, что для тебя лучше, – устало сказал я.

Он покачал головой.

– Я там совсем обалдел, – признался он, помрачнев. – Я имею в виду Дезмонда - и мне пришлось спросить у кого-то, кто он такой, потому что сегодня я встретил так много людей, что понятия не имел, - но Дезмонд, Дез, я думаю... он красивый мужчина. И этот красавчик сидел там, флиртовал с тобой, разговаривал с тобой часами, пока я там пел, наблюдал за тобой все это время, а вы, ребята, сначала пьете с другими парнями, а потом остаетесь вдвоем.

Я повернул голову, чтобы посмотреть на него.

– А потом он наклонился, обхватив твое плечо, и я увидел, как он повернул голову, и его рот был... – у него перехватило дыхание. – Господи... Я чуть не закричал, но вместо этого встал, подошел к нему и...

– Я двигался, – сказал я ему. – Я вставал.

– Да, я видел.

– То есть, да, я немного не в себе, но когда я почувствовала его дыхание на своей коже, я...

– Вот, – сказал он, скользнув рукой по моей шее и поглаживая, притягивая меня к себе. – Я видел, как его губы разошлись, и он собирался попробовать на вкус вот это место.

– Я бы никогда не позволил ему.

– Я знаю, – прошептал он, сокращая пространство между нами, чтобы поцеловать меня.

На мгновение он стал нежным, а затем просунул язык между моих губ, раздвинул их и впился в мой рот, жадно, собственнически, толкая меня вниз, пока я не оказался на спине, и все равно он брал и требовал, пока мне не пришлось оттолкнуть его от себя, чтобы отдышаться.

– Ник, – тихо простонал я. – Тебе нужно...

– Скажи мне и не лги, – мягко потребовал он между жадными поцелуями. – Тебе стыдно, что ты любишь быть внизу?