– Наших с вами? – усмехнулся Эдриан.

– То, что я сижу здесь, пока вы отправляетесь к Городу, не значит, что я в безопасности. Однако я не буду объяснять вам это. Всё, идите отдыхать.

Наберитесь сил, а потом напишите полный рапорт о случившемся. И начинайте готовиться к новой экспедиции, хотя бы морально.

– Пожалуй, – сказал задумчиво Эдриан спустя минуту тишины, – я хочу выпить.

– Это всегда пожалуйста. Бар в пяти минутах отсюда. Называется «Зелёный дом».

– И вы не против, что я буду употреблять алкоголь?

– Нет, конечно. До начала следующего эксперимента ещё несколько дней, друг мой. Главное, не уходите в запой.

– Я пришёл забрать посылку, – сказал Эдриан, склонившись над стойкой.

Бармен, молодой парень, оторвался от чтения книги в мягкой обложке, смерил учёного взглядом и ответил:

– Мы тут посылок не держим. Это бар. Тут пьют.

Эдриан несколько секунд смотрел парню в глаза, затем кивнул и допил пиво. А на что он, собственно, рассчитывал? Что галлюцинация окажется реальной? Что его старый друг почему-то жив?

– Спасибо, – сказал он бармену и отправился в туалет.

Уже выходя из кабинки и на ходу застёгивая ширинку, он вновь столкнулся с барменом. Тот мыл руки в одной из раковин. Ничего не сказав Эдриану и даже не взглянув на него, он вышел из туалета. Профессор и вовсе не обратил бы на него внимания, но тут его взгляд заметил чёрную коробочку на раковине, за которой стоял бармен. Подумав, Эдриан взял её и вышел в зал.

– Кажется… – начал было он, направляясь к бармену, но тот его перебил:

– Извините, мне некогда разговаривать. У нас технические неполадки. Вам придётся уйти.

– Технические неполадки?

– В подвале прорвало трубу. Вам придётся уйти, – с нажимом повторил парень.

– Но вы…

– Простите, но мне некогда.

Бармен отвернулся, вышел из-за стойки и удалился в служебное помещение.

В баре, кроме профессора, никого не было, работяги ещё не вернулись с фабрики. Взглянув на зажатую в кулаке коробочку, Эдриан сунул её в карман и отправился в свою комнату.

Ему предоставили апартаменты рядом с администрацией колонии. Комната едва вмещала в себя кровать, туалет и душ, но большего Эдриану и не требовалось. Закрыв за собой дверь, он достал коробочку, уверенный в том, что это и есть та самая посылка, и открыл её.

В ней лежала только одна вещь – желтовато-мутный кристалл размером с фалангу пальца руки. Кристалл никак не походил на драгоценность, не был огранён и в целом выглядел грубо. Однако стоило Эдриану прикоснуться к нему, взять его в руку, как рядом он услышал знакомый голос:

– Наконец-то.

Эдриан подскочил, обернувшись. На кровати сидел его мёртвый друг Говард, закинув ногу на ногу и сцепив на колене ладони замком, и ослепительно улыбался.

– Я галлюцинирую вне Города, – пробормотал Эдриан. – Видимо, моя психика необратимо повреждена…

– Нет, глупый. Напротив, ты в кои-то веки видишь больше…

– Короче, – перебил его Эдриан. – Что происходит?

– Кристалл помогает тебе поддерживать ментальную связь с тем, что вы называете Городом, – серьёзно сказал Говард. – К сожалению, купол колонии служит защитой от целого ряда излучений, одно из которых помогает нам устанавливать связь. Кристалл же является своего рода приёмником.

– Что такое Город?

– Я и есть Город.

– Так ты не Говард, – с облегчением вздохнул Эдриан.

– Говард, – кивнул тот. – И он тоже. И многие другие, собранные воедино.

Сейчас я общаюсь с тобой с помощью твоего друга, но могу также сделать это и с помощью кого-то другого…

Говард потускнел, а через секунду превратился в кого-то другого.

– Фрэнсис Крик? – удивился Эдриан. – Впрочем, чему я удивляюсь – ты же берёшь образы из моей головы.

– Вовсе нет, – ответил Крик совершенно иным, нежели Говард, голосом. – Видите ли, юноша, я не то же самое, что ваш однокашник. Я действительно Фрэнсис Крик, однако выбор меня в качестве эмиссара обусловлен тем… -…что я биолог, – завершил за него Эдриан.

– Именно.

– Дай-ка угадаю. Множество личностей, соединённых в единую надличность?

– Совершенно верно. Мы знаем, что вы когда-то интересовались этой теорией. Сейчас у вас появился реальный шанс познакомиться с ней поближе.

– Теория есть теория. Кажется, в Китае пытались реализовать это на практике, но вышло плачевно – все испытуемые умерли, а их личности разрушились при переносе на жёсткий диск.

– Это потому, что личностей не существует, – кивнул Крик. – Впрочем, виновата ещё и небрежность исполнения эксперимента, но главная проблема – невозможность переноса личности. Её не существует. Есть лишь набор знаний, который растворяется в общем потоке информации без волевого усилия. Воля теряется с переносом на технику, а постороннего волевого вмешательства современные технологии осуществить не могут.