Ну да, логично. По всем канонам преступного мира, путана, увидев что подручных хозяина начал обрабатывать клиента, должна была подсобить. И, травануть чем-нибудь строптивую жертву. Облегчая работу бандитам и после заслуженно получив толику малую от награбленного.

– Что ж, почапали.
– Не желая чем-то выделяться и изображая обычного гуляку, случайно заехавшего в это злачное место за продажной любовью, сказал я.
– Надеюсь, Кохиру не станет ломиться к нам в комнату?

– Что вы, господин.
– Замахала маленькими ладошками Юмико.
– Это плохо для бизнеса!

Я начал было приподниматься со стула, а гейша, наоборот вдруг как-то съёжилась и, постаравшись стать как можно меньше, попыталась сползти под стол.

Не понимая причины столь странного поведения, я недоумённо оглянулся и понял, что нашёл того, кто мне нужен. В зал вошёл высокий, для японца, конечно, и довольно крепкий мужчина лет сорока.

Он по-хозяйски оглядел помещение и, довольно оскалившись, направился к незаметной двери, расположенной рядом с барной стойкой. При этом весь персонал испуганно дёрнулся и начал двигаться с преувеличенной бодростью.

Бармен активнее стал протирать белой тряпкой бокалы, официанты зашустрили и принялись угодливо кланяться боссу. И даже стриптизёрша у шеста как-то неуловимо изменилась. Движения её стали дёрганными и порывистыми, а глаза танцовщицы при этом потеряли задорный блеск и упёрлись в пол.

Главарь - а кем, скажите пожалуйста, ещё мог быть этот грозный японец с повадками хищника?
– скрылся в своём рабочем кабинете, а Юмико облегчённо выдохнула. Я же постарался сделать вид, что ничего не заметил.

Люди не любят свидетелей их слабостей. И даже маленькая проститутка, об которую вытирают ноги и трахают во все дыры, затаит обиду, если я покажу, что разглядел её страх. Даже, скорее, настоящий животный ужас, сковывающий все члены и заставивший замереть девушку, словно кролик перед удавом.

– Ну что, двинули?
– Деланно беспечно полу-спросил, поулу-предложил я.
– А то я давно хочу узнать, что ты прячешь под своим красивым кимоно.

Гейша послушно встали а, оставив недопитый стакан, обошла меня по касательной и направилась к находящейся сбоку лестнице, ведущей наверх.

– Господин останется доволен.
– Она призывно обернулась, и в её черных глазах снова заплясали чёртики.
– Вот увидите, того, что делаю я, не может ни одна девочка на побережье.

– Сейчас посмотрим.
– Я протянул руку и погладил её аккуратную попку.
– Так ли ты хороша на самом деле, или это лишь пустые слова.

Когда мы поднялись на второй этаж и вошли в небольшую и не очень уютную комнату, Юмико плавным движением скинула кимоно. И, оставишь в узеньких чёрных трусиках и белых носочках надетых под традиционные гэта, опустилась передо мной на колени.

– Сейчас господин убедится, что я лучшая.
– Подняв глаза, улыбнулась она и принялась расстегивать мне брюки.

"Блин! Вот и отомстил за Бембика"!
– С иронией подумал я, глядя как тонкие пальчики расстёгивают ширинку.
– "Подарил гурэнтай полторы штуки баксов. Правда, сотню удалось отыграть, но всё-таки. И теперь собиаюсь дать в рот маленькой проститутке".

Довольно-таки своеобразное наказание, вы не находите? Ты напал на моих близких а я оставлю в твоём заведении кучу бабла и трахну работающую на тебя путану.

Разозлившись на самого себя, я схватил, уже примеривающуюся к моему члену и облизывающую свои пухлые губки Юмико, под-мышки и резким движением поставил на ноги.

– Что-то не так, господин?
– Испуганно пискнула гейша, но я уже взял её за подбородок и посмотрел в глаза.

Я не очень хорошо владею гипнозом. По причине ненужности его в моей основной профессии. Если кто не помнит, это выращивать хлеб и другие сельскохозяйственные культуры. А также заниматься разведением домашнего скота.

Да и против Альфа-разумного пытаться использовать подобные штучки просто-напросто бесполезно. Поскольку и коэффициент умственного развития и морально-волевые качества всех Альф примерно одинаковы.

Внушить же что-либо можно только по определению более слабому существу. Но в этой замечательной Локации, населённой одними псевдо-мыслящими, возможности моего мозга позволяли делать с ними всё, что захочу. Ну и, само-собой, что по морально-этическим соображениям сам себе могу позволить.

Скажем, воздействовать на сознание банковского клерка, чтобы получить не причитающийся мне вклад я не стану.