– Сегодня, пока вы отдыхали у моря, я прогулялся и набрёл на ювелирный магазин "Каммарата". В витрине стояли большие часы, а рядом – табличка с пояснением, что это "Солнечный квант" – солнечные часы исследователей. Цифры двигались и показывали дату.

Он посмотрел на Астора и Анну, будто пытался их загипнотизировать.

– Ну и? – Астор поёжился.

Пьетро достал из кармана часы с чёрным резиновым ремешком:

– Когда ты родилась, Анна?

Девочка, начавшая догадываться, пролепетала:

– 12 марта.

– С днём рождения, Анна! – Пьетро хлопнул в ладоши и принялся возиться с пробкой от шампанского.

Астор вскочил на стул:

– С днём рождения! С днём рождения! Сегодня у моей сестрёнки день рождения!

Пушок, услышав шум, завыл. Пробка от шампанского с треском вылетела, и струйка пены полилась на стол.

Анна, закрыв лицо руками, хотела поблагодарить, но в горле встал ком. Она что-то хмыкнула, затем опустила голову и сглотнула.

Пьетро протянул ей бутылку:

– Пей! Сегодня твой праздник.

Девочка хлюпнула носом и уставилась на него:

– Как ты узнал?

– Ты сама мне сказала. В Палермо.

– А ты запомнил?

– Конечно. Но сколько тебе стукнуло?

– Тринадцать, кажется. Или, может быть, четырнадцать, – Анна растерянно посмотрела на него. – Не помню...

– Ну и без разницы, – сказал Пьетро и сунул руку в карман. – Важно, что сегодня у тебя праздник, – он достал из кармана золотую цепочку с маленькой синей эмалированной морской звездой. – С днём рождения! – он надел цепочку ей на шею.

Анна прикрыла глаза, шатающимся шагом прошла по коридору и заперлась в ванной. Она прислонилась лбом к двери и заплакала.

– Анна! Анна! – звал Пьетро из-за двери. – Что случилось? Открывай.

– Открывай, чего ты опять расклеилась? – вторил ему Астор, глядя в замочную скважину. – Там ты умрёшь. Там мои какашки.

– Сейчас выйду. Начинайте есть без меня, – выдавила из себя Анна.

– Нет, мы дождёмся тебя, – сказал Пьетро.

– Долго там не сиди, – добавил Астор.

Анна пришла в себя и вернулась к столу, но глаза у неё по-прежнему были опухшие. Звезда висела на груди.

Она ела, шмыгая носом, а мальчики поглощали еду и подливали себе шампанского, звучно рыгая друг на друга.

Пьетро поднял бокал:

– Сегодня ты королева и можешь делать всё, что заблагорассудится. Мы оба – твои рабы.

– Мы всегда её рабы, – буркнул Астор.

– Так, не перебивай, – заткнул его Пьетро. – Таковы правила моей тёти Челесте на день рождения.

– И что нам делать? – спросил Астор.

У Анны не было мыслей. Она огляделась и перевела взгляд на Пушка, который вылизывал банку с нутом рядом со столом:

– Давайте играть в животных.

Астор прыгал по гостиной, как обезьяна. Пьетро изображал шмеля, который жежжал, как мопед.

Когда пришла её очередь, Анна растянулась на полу, замахала руками и ногами, а потом спряталась под журнальный столик.

– Кто это? – недоумевал брат.

– Паук? – гадал Пьетро.

Она помотала головой.

– Змея с руками? – спросил Астор.

– Пьяная овца? – перебирал Пьетро.

Анна продолжала махать руками и ногами, открывая и закрывая рот.

Астор расхохотался:

– Это жаба, которая съела пьяную овцу?

– Нет. Это змея с руками, которая съела жабу, которая съела пьяную овцу, – продолжал Пьетро.

Астор не выдержал, рухнул на диван, согнувшись от смеха.

– И который пытается изобразить Анну, – закончил Пьетро, садясь рядом с ними со слезами на глазах от смеха.

Анна обиженно упёрлась руками в бока:

– Это осьминог.

Астор продолжал смеяться, указывая на неё:

– Ага, осьминог. Пьяный осьминог.

Мальчики толкались и смеялись, как идиоты.

– Вот я и побывала королевой, – выпалила она.

Астор покатился по полу, хватаясь за живот от смеха.

Анна послала их подальше и ушла на кухню убираться, гремя посудой. Она слышала их разговор в другой комнате.

– Она опять разозлилась? – спросил Астор.

Пьетро не мог оставаться серьёзным:

– Не иначе.