– Поздравляю с назначением, – отозвалась я, и он вежливо склонил голову.

Долгое время мы шли молча.

– У тебя нет причин доверять мне, но, поверь, Аэлика, я – на твоей стороне! – наконец, произнес Гахарит. – Сюда, принцесса! – друид указал на лестницу, ведущую в большой дом на противоположной стороне от того, где располагались покои Кэдерина.

– Что случилось смоим отцом?

– Вепрь не оставил на нем живого места. Вряд ли король переживет эту ночь.

– Спасибо за откровенность! – отозвалась я, кусая губы. – Что будет, если король не объявит преемника? Только не подумай, что я – бессердечная дочь… Мне жаль отца, но я должна знать, что ждет меня и народ, если король так и не придет в сознание.

– На все воля богов, – глубокомысленно отозвался друид.

Мысль оказалась настолько глубокая, что я ее не уловила. Воля – волей, но что делать с рвущимся к власти Руэйдом?

– Замуж за сводного брата я не пойду, – предупредила друида. – Говорю сразу, чтобы для тебя это не стало неожиданностью.

Гахарит задумчиво склонил голову.

– Какой богине ты посвящена, принцесса Аэлика?

Я растерялась, так как не имела понятия, кто заправлял местным пантеоном. Вместо ответа решила промолчать.

– Спасибо за откровенность!– с легкой улыбкой произнес друид.

Он выглядел довольным, словно услышал, вернее не услышал то, что хотел. А я подумала… Уж не он ли приложил свою крепкую, обветренную руку, сжимавшую посох, к тому, чтобы перенести меня в этот мир? Ведь на все воля богов, а он – верховный их жрец…

– Теперь моя очередь, – произнес Гахарит, – говорить открыто. Если к власти придет Руэйд, то будет война.

– С драконами? – спросила я.

Угадала, Гахарит кивнул.

– Руэйд выступит против Эскарии, и многие из старейшин его поддержат. Война будет, но мы потерпим поражение.

– Категорично, – произнесла я. – Если дело заранее обречено, зачем оно Руэйду? Неужели не нашлось того, кто бы раскрыл ему глаза?

– Наивный мальчишка, он никого не слушает… При этом хороший воин, но не желает учиться на ошибках других. Полвека лет назад восстали племена иценов и триноваров. Их войска насчитывали больше чем две сотни тысяч воинов и превосходили эскарийцев численностью втрое, а то и больше.

Гахарит взял паузу, вспоминая детали произошедшего.

– Насколько я понимаю, войска больше нет? – догадалась я. – Драконы?..

Друид кивнул.

– Не только драконы. Оружие и воинское эскарийцев умение превосходит то, что знаем мы. Пусть магия друидов сильна, но наша сила – в любви к земле. В тот раз боги отвернулись от своих детей, а Эскария не простила им мятежа. Из племени иценов и триновары почти никто не уцелел. Не пощадили ни женщин, ни детей.

– Боже… Но зачем тогда воевать?!

– Половину всего, что производит земля бригантов, мы отдаем Эскарии. Монеты, зерно, руда железная, оловянная и серебряная… Бриганты всегда были независимы, пока не пришла Империя, вынудив нас покориться. Твой отец научил народ жить в мире с драконами. Если мы соблюдаем договор, они позволяют нам жить по своим законам и традициям. Но Руэйд слишком молод, и, как многие бриганты, соскучился по драке. Слишком мирным было царствование твоего отца.

– Всегда думала, что это хорошо.

– Возможно, Руэйду даже удастся выбить чужие гарнизоны с земель бригантов, но остановить мощь Эскарии ему не под силу. Племена Альбиона его не поддержат. Твой брат уже разругался с караветтами, давними нашими союзниками, не поделив с Актеоном…

– Меня, не так ли?

Друид улыбнулся

– У вождя караветтов свои планы на прелестную принцессу Аэлику. Коритане, с которыми наши земли граничат на юге, тоже с Руэйдом на ножах…

Продолжения не последовало, потому что мы остановились у больших дверей с резным орнаментом.

– Твои покои, принцесса Аэлика! Многое изменилось с той поры, как ты уехала. Надеюсь, сможешь насладиться подарками императора Эскарии. Для многих новая власть оказалась не гнетом, а благом.

– Что ты хочешь от меня?

– Чтобы ты чтила богов и была покорна их воле.

Пожала плечами. Я могла быть покорна чьей-то воле только в случае, если она совпадала с моей.

– Cмою дорожную пыль и приду навестить отца, – сказала я друиду.

– Твое присутствие ничего не изменит. Лучше отдохни и наберись сил, – посоветовал мне Гахарит. – Завтра будет крайне важный день.

С этими словами он распахнул передо мной дверь. Сам внутрь не пошел, попрощался, пожелав хорошо отдохнуть с дороги.

В огромной комнате, заставленной изящной мебелью, меня дождались две служанки и Бретта, а также стол, накрытый к ужину. Под щебетание девушек, которые сопровождали принцессу Аэлику в годы обучения, я позволила снять с себя мужскую одежду. Одна из служанок распахнула огромный шкаф.