22 марта. Умеренный зюйд-вест. Подняли голландский флаг, меньше будет проблем в Северной Атлантике. Косоухий Джейк, нёсший вахту после полуночи, рассказал - видел пассажира разгуливающим по палубе со светящейся деревянной палкой в руках. Посоветовал ему меньше пить на посту.

23 марта. Снова та же история – теперь уже Седой Боб признался, что наблюдал любителя ночных прогулок, которого сопровождал светящийся шар. Поскольку Боб употребляет только на берегу, придётся, хотя не в моих правилах, потолковать с пассажиром. Тем более кто-то уже пустил слух, будто знается тот с нечистой силой, и матросы всеми правдами и неправдами уклоняются от ночного дозора.

24 марта. Разговор по душам не получился: сухопутный червь не проявляет понимания, отговариваясь - за свои деньги, мол, имеет право гулять где и когда захочет. Похоже, подозрения команды не беспочвенны: помимо посоха, я заметил книгу с каббалистическими значками на обложке, а также наброшенную на спинку кровати мантию. Неужели чернокнижника везу? На прямой вопрос о роде занятий тот ответил уклончиво, мол, понемногу балуется волшебством. На прощание всё же посоветовал ему поменьше пугать матросов, дабы с ним самим не случилось чего.

25 марта. Ветер сменился вначале на вест, а затем на норд-вест, значительно усилившись. Вынуждены дрейфовать. Робер, мой старый друг, с которым я поделился своими сомнениями, посоветовал высадить колдунишку в ближайшем порту, чтобы не разлагал моральный дух команды – матросы уже шепчутся, что из-за него плавание не будет удачным.

26 марта. Штормит, нас сносит обратно к Антилам.

27 марта. Ветер чуть стих, выравниваем курс. На горизонте попутчики – два корабля под командованием Одноглазого Хью, с которым пару лет назад не поделили добычу у Тринидада. Приказал расчехлить пушки – может напасть, если смелости хватит.

28 марта. Сражения удалось избежать – видно, Хью не знал, что везём ценный груз, иначе рискнул бы, имея численный перевес. Тем не менее пушки пока держим наготове. Даже обрадовался, что стычки удалось избежать. Старею, наверное, раньше обязательно проверил бы, чья шпага длиннее.

29 марта. Здорово отнесло в сторону, и мы у берегов острова, на который высаживаться раньше не приходилось – то ли Бигрос, то ли Алмейо. Остановились на привал и пополнение запасов воды.

30 марта. Ночью опять штормило. Проклятие! Якорь сорвало, и шхуну неплохо приложило о скалы. Осмотрел якорную цепь – она подпилена. Добрались-таки, дети гиен. Но теперь бессмысленно выяснять кто, нужно спасать груз.

31 марта. На острове есть пара источников питьевой воды, и дичи достаточно - с голоду не околеешь. Повреждения слишком серьёзны, придется задержаться здесь надолго.

2 апреля. Матросы строят времянки, делаем первые заготовки провизии. Отправил двоих – Ларри и Джо Весельчака – на вершину ближайшего холма жечь костер. Если повезет, нас заметят.

5 апреля. Убедились окончательно в невозможности починить корвет собственными силами. Как жаль, мой старый товарищ, что ты закончил свой путь не в славном бою, а из-за предательства… Всё ценное, могущее пригодиться на берегу, перевезено, но я запретил команде рубить корабль на доски.

7 апреля. Заболел наш канонир Шарло, бывший со мной ещё в Тихоокеанском походе. Похоже на лихорадку, но симптомы необычные. Ему предоставили отдельную хижину и посуду. Как бы не началась эпидемия. Драгаш, мой помощник в этом плавании, исполняющий также обязанности судового врача, взялся за лечение.

9 апреля. Шарло всё хуже, от наших медикаментов мало толку. Я вызвал колдуна и предложил ему за исцеление сделать проезд бесплатным. Тот мрачно заявил, что оставшуюся после внесения задатка сумму платить и так не собирался, поскольку вместо Европы оказался на каком-то дрянном островке, а врачеванием отродясь не занимался. Но, добавил чародей со змеиной улыбкой, когда пациент помрёт, он может оживить его труп, чтобы тот и дальше служил мне, уже не требуя содержания.

Некромант! Какая мерзость! Любой закоренелый душегуб в моих глазах достоин большего сожаления, чем колдун-падальщик. Когда-то, помнится, уже доводилось повстречаться с одним таким. Моя шпага оказалась у него в брюхе прежде, чем он дочитал своё заклинание. Жаль, что морской закон не позволяет дырявить слишком наглых пассажиров. Кипя от возмущения, предложил ему постараться не попадаться мне на глаза.

10 апреля. О сути моей беседы с колдуном стало известно команде, и матросы потребовали, чтобы тот убирался подобру-поздорову, лучше всего прямиком в ад, где для него, без сомнения, самое подходящее место. Пришлось, несмотря на отвращение, ещё раз вызывать сухопутную крысу - объявить, что за его безопасность более ручаться не могу, и посоветовать найти себе другое место для поселения. Проворчав себе под нос ругательства, колдун собрал вещи и побрел вглубь острова, при этом его драгоценный сундук сам собой двинулся следом, точно собачонка.